Даже смешно и забавно что тот, в кого я влюбилася был моим врагом. Я мог быть проклят, но я наблюдал тоже самое з Киарой. Она нуждалась во мне, так же как и я ей. Те слова которые я сказала ей неделю назад, казалось бы дёрнули рычаг внутри неё. Она уже не была столь агресивна, и даже все эти дни не дерзила. Я был даже удивлён, что мы более менее нормально розговаривали. Но невозможно представить её полностью угомонимой.
Эта женщина, яростная, страстная и жёсткая стальная бабочка, в то же время хрупкая. Я хотел верить что она хрупкая, потому что хотел защищать её до конца своих дней, даже от самого себя, даже если знал что Киара не нуждалась в моей помощи. Потому что черт возьми, она была всем чем угодно, только не хрупкой. Сегодня была субота, и это значило что у моей племянницы Милены начались осенние каникулы. Поэтому сегодня утром Мартино привёз её в особняк, даже несмотря на то, что в нашем доме был враг, и убийца. Хотя эти мысли уже не были не такими ярко выражительными в моей голове. И я даже удивился что практически все в этом доме начали так думать.
Мне начало казаться что все становится более менее стабильным, несмотря на мои чувства внутри. И так же то, что он Дамаино Барселино не было слышно каких либо новостей. Было даже подозрительно странно, что он бездействовал какое то время. Ладно, плевать, думая об этом ублюдке мои челюсти поджимались. И я отчаянно игнорировал тот факт что его сестра находящаяся недалеко от меня, заставила меня влюбится в неё.
Когда я проходил мимо дверей комнаты Киары, я задумался зайти к ней, увидеть её глаза которые были вытутированы в моей гребаной больной голове, но что-то остановило меня, вчера когда я заходил к ней, она было страной. Опустошена. И никак не выдавала своего морального состояния. И тихо попросила меня выйти. Я спрашивал: в чем дело, но конечно мы не в доверительных отношениях чтобы роскрыватся друг другу. Меня это роздрожало, но я проглотил это. Наверное это было уважительно, теперь я странно относился к ней. Но все же оставил её в покое. Это был единственный день за неделю когда мы не трахались. И меня грызло не это. А из-за чего она так вела себя. Когда я зашёл к ней, Киара стояла лицом к окну, совершенно не двигаясь. Я обернул её к себе. Но её лицо было чистым листом. И это стало тем, что беспокоило меня весь день. Эти чёрные глаза были стеклянные. Мне показалось что она превратилась в статую. Ведь была просто объектом, который не реагировал ни на что. Это дало какую то трещину в моей груди. Я не понимал её, не понимал себя. Меня волновало это, и даже когда сон манил к себе, я думал об этом. Не спал, опять пил виски думая о ней. Блядь. В конце концов ты можешь обнаружить, что вещи, которыми ты владеешь, в конце концов овладевают тобой. Хотя Киара не вещь, но факт того, что она мной овладала все же был действительным.
Было ещё довольно рано, но я знал что главном зале уже присутствует Милена, и вся наша семья. Мы должны были позавтракать так сказать соиденить семейные узы, при трапезничестве, когда в нашем доме был ребёнок Мартино.
Я скучал по малышке Милане, хотя что-то внутри меня не заставляло меня чувствовать трепет. Я знал что я совершаю ошибку, но я думал о том, чтобы привести на завтрак Киару. Я действительно думал об этом, но я бы был окончательным идиотом. Тем более я не такой обдолбаный чтобы оказывать опасность в виде Киары, для ребёнка Мартино. Я последний раз посмотрел на ключи дверей с комнаты Киары, стараясь сглотнуть чёртову мысли наведаться к ней и спросить как она себя чувствует, и спустился вниз, направляясь к племяннице и всей семье.
Когда я наконец оказуюсь в общем зале, вижу Левану обнимающую Милену, Криса и Мартино. Милена так подросла что практически была одним ростом с Леваной.