Я рыпаюсь, и кажется этот миг длится вечно, потому что в следушем, Марк поглощает мой рот. Страстно и требовательно целует. Я до сих пор знала о нем так мало. Все из скрытой пресы. Всё из-за своих выводов, и психологических уловов. Но он никогла мне ничего не росказывал о себе. Я не знала человека в которого влюбилась. Он был непредсказуем. С одной стороны холодная рыба, с другой неконтролируемый псих. Но что-то внутри меня заставляло верит в свою иллюзию. Заставляло меня верить что я что-то к нему чувствую. Это был обман, ложь, которая улетела с туманом в этой чёртовой сказке. Какая я идиотка все таки.
Его жёсткий рот теребил мой. Язык зашёл в мой рот, и доминировал над ним. Он кусал и лизал. Я не сопротивоялась, потому что мне всегда это нравилась. Всегда нравилось, как он меня целовал и трахал. Марк переместился к моей шее, оставляя на ней последние отметены. Я хотела оттолкуть его, но влага между ног предательски скопилась. Я начинаю стонать Марку в лицо. Он принимает это как вызов, взяв меня на руки, он кидает меня на кровать нависая сверху. В какое то мгновенние он продолжает меня целовать, но потом отсраняется и розрывает мои легинысы и трусы, и уже позже берётся за свои джинсы ростегивая на них молнию и отодвигая боксеры. Его член был готов. Я хотела его. И до сих пор ненавидела себя за это. Черстови сильно. Никакой прелюдии. Все было быстро, мы отдавали себя друг друга. Марк навис надо мной, смотря в глаза, и потом провёл своими пальцами от моей набухшей киски до задней промежности. Ох, черт. Это было так велеколепно. Так прекрасно. Я хнычу, чувствую что мои глаза намочились так же, но я все лишь глотаю, как бы мне сложно не было. Марк смотрит в мои глаза, и ухмыляться.
- Всегда влажная для меня, детка. Хочешь открою тебе секрет? В тот день когда ты выпила вино, в бутылке были возбуждающиеся препараты. Я бы блядь не допустил чтобы тебе принесли то, чего я бы не одобрил. - говорит он жёстко, ударяющими словами по всему моему нутру. И потом резко входит в меня, я ахаю. Ненавидя себя за этот звук. Блядь. Я начинаю задыхаться, воздуха мало. Слишком мало.
- И ещё несколько раз я это делал. Но ты так наивно думала что предательски хочешь меня. Твоя ненависть затмила все. - продолжает он жёстко трахая, и хватая как всегда за шею вдавливая в кровать. И я чувствую как теряю себя. Я была действительно идиоткой. Только сейчас осознала масштаб содеяного. Блядь, я верила в своего чёртового героя, верила что мне хорошо. О каком хорошем может идти речь?
- Но уже позже ты сама набрашивалась на мой член. Итстекала подо мной, детка. - говорит дьявол с улыбкой, делая резкие и жёсткие толчки, вдавливая меня в матрас. Я начинаю ржать как больная. Мне больно внутри и снаружи. Боль смешалось создавая смесь сильной горечи.
- Потому что ты не столь хорош, чтобы уложить меня в постель - говорю я хрипло сквозь слезы, закатывая глаза от чёртового напряжения, от удовольствия.
- Глупо говорить это, когда ты кончишь через несколько секунд от моего члена - рычит он, и смотрит на меня. Моё освобождение предательски окутивает меня, и я крычу. И Марк так же стонет от оргазма, и через мгновение падает на кровать. Я пытаюсь отдышатся, и вытереть слезы, чтобы этот дьявол не увидел. Всхлипы вырыаются из моего горла, но я судорожно глотаю.
- Но я не врал когда говорил что чувствую к тебе что-то. - сказал Марк спокойно. Но мне уже плевать что он говорит.
- А я да. - вырываю из себя. Я уже слишком сильно обожглась, вступила на опасную територию, и это изнутри меня калечило. Хватит. Все это нужно выбросить в гребенную мусорку. Всё чертовы чувства.
- Видишь ли, у нас у обоих нет вкуса. Не ври мне, я знаю что ты врешь.
- Ты хочешь в это верить. - сухо отвечаю я, чувствуя как эмоции сгораются в моем пламени ненависти к этому человеку. Когда то он будет в моих руках, и я его уничтожу. Но не нужно показывать этого сейчас, он может передумать меня возвращать.
- Ты должна была ненавидеть меня, а я тебя. И сейчас я стараюсь привести это в действительность. Но у меня не получается.
- Жаль, мне уже плевать. Тебе нужно уйти. - сказала я лишившая себя чувств, и искренне желая чтобы он убрался отсюда. Марк поднялся, и начал одеваться. Я же лежала не двигаясь, я даже не хотела его видеть.
- Через десять минут будь готова выходить. - сказал он, и вышел отсюда. И все что я глотала, вдруг вывалилось на ружу. Те слезы которые я скрывала, потекли из моих глаз сразу же как он закрыл дверь. Бессмысленно. Но наверное так станет легче. Не знаю. Никогда не проверяла плакать чтобы высвободить эмоции. Но плевать. Мои треснувшего сосуды лопнули, и режут каждый орган внутри меня. Мне остро больно дышать. Но это самовнушение. Я знаю что это всего лишь эмоции, и гребаные чувства, которыми манипулировали все это время. Марк был прав, он уничтожил меня ментально, где-то глубже, где-то изнутри, так чтобы не возможно было дышать, невозможно починить, так чтобы невозможно было нормально жить. Мне нужно было оставаться сильной. Он ничего не значил на меня. Он был никем для меня. Я говорила это себе, собираясь утешить как то, но я понимала что брежу. Трахнул и пошёл дальше, наплевать. И мне должно было быть так же, но я не могу заставить себя. Слезы душили меня. Я рыдала в подушку, чтобы никто не слышал моих жалких рыданий. Нужно вставать и одеваться. Случилось то чего я хотела. Марк Ватилье отпускает меня добровольно. Но это даже добровольством нельзя назвать. Он заставил меня хотеть уйти от от всего этого. Поднимаюсь, и волочу ногами по полу чтобы найти легинсы, и одеть их. Нахожу и одеваю. Мои слезы и сопли нужно вытереть. Нужно умыть лицо, но для этого нужно зайти в ванную, и для того чтобы зайти в ванную нужно кого-то позвать чтобы открыл дверь. Я подхожу и дёргаю ручку. Дверь открыта, но я почему-то не ухожу из комнаты чтобы помыться. Мне кажется это сон, потому что я мечтала о таком дне. И сейчас его не использую. Я нахожу влажные салфетки на подоконнике котырми обычно протиралась после секса, и вытераю лицо от слез. Нужно взять себя в руки. Хватит реветь как ребёнок. Мне нужно одеть маску, которую я носила до того как попала в лапы Марка. Нужно что-то сделать. Я роюсь в вещах, и нахожу красную помаду, которую мы купили на шопинге с Марком. Подхожу к зеркалу и наношу по контуру губ. Прекрасно. Но моё лицо было более бледно чем обычно, на шее синяки и засосы, волосы я росчесала и завязала в хвост. Оделась теплее, ничего не собрала. Мне не нужно все это дерьмо от Марка. А когда уже буду дома, то вышлю ему посылкой эти тряпки на мне. Не знаю что за хрень делает Марк со мной, потому что это не выгодно ему же. Разве он не понимает что Дамиано отомстит ему? Но кажется Марку наплевать. Окей. Мне ещё глубже наплевать на него. Я должна была вложить эти слова в свою больную голову. Должна.