Глава 11
[Марк]
После возвращения Леваны все изменилось. Моя жажда в мести усилилась в разы, теперь когда она была рядом с моим братом, и чертовым Теодором, оружие Барселино на нас исчезло, оставив нам их большую уязвимость. На удивление Левана не имела никаких видимых побоев, повреждений, и синяков, как мы все ожидали. Но выглядила после всей этой неразберихи, как сломанная игрушка, что было даже хуже. Вполне возможно что Барселино сделали что-то, что так ударило её внутренне, хотя она и слова об этом не могла сказать. Я не мог давить на неё, из-за Криса, который чуть было на руках её не носил, когда Левана вернулась. Нас с Пелагати даже насторожил этот жест возвращения Леваны, к чему было поощрение? Неужели это запланированый ход? Это было мало вероятно. Поиграли, и хватило? Блядь, моя кровь закипела только от того, сколько я планирую сделать с Барселино, как хочу выврать все движемое в его гребаном теле. И та женщина...
Коза Ностра имела некоторые определеные правила поощрения, но та женщина была совсем не к отоносящися к одному из них. Даже по нашим меркам, она заслуживала умереть мучительной смертю.
Иногда меня до сих пор удивлял тот факт, что она являлась частю мафиозных дел. Которые мафия, и все её сообщества, пытались скрыть от женщин и детей.
Терпение никогда не было моим преимуществом, но алчность во мне уже вырывалась наружу. Через несколько дней после возвращения Леваны, нам позвонил Дамиано, со вопросами: Как нам такой неожиданный сюрприз?".
Меня уже вовсю не напрягала склавшаяся ситуация. И сам я смотрел на него по другому, будто он показал нам свою слабость, хотя выглядил он словно победитель. Возможно он выиграл бой, но не войну. Хотя в данной ситуации можно было сказать совсем противоположно...
И в самом то деле в этом была доля правды. Но так же Дамиано пригрозил не трогать то, что мы ему отдали, ведь это уже начнет открытую войну, в которой Мы проиграем.
Это он так думал. Но я лучше застрелюсь если не отомщу, за то что он тронул что принадлежало моему брату, а значит и мне. За то что забрал мои гребаные клубы. Это было решение, которое принято, за все месяцы заточения Леваны. У Криса были такие же немерения. Я никогда не видел его таким, он всегда был самый спокойный из братьев. Но любовь к Леване, сделала его сумасшедшим.