Глава 26
[Марк]
Я ушел сразу после третьего раунда секса, незаметно прокрадываясь из комнаты закрывая ее на ключ. Я принял душ переоделся, точнее оделся, и пошел в кабинет, налив себе виски, удобно розположившись на стуле. После того что случилось, я многое переосмыслил, в том числе и мой чертов план, который я откладывал хрен знает на какое время. Мысль о том, что мы трахались вселяла во мне хаос, и в то же время вожделение, заставляя ухмыльнулся. Что‑то случилось этой ночью, и у меня появилось чувство, что все меняется. Вот только в какую сторону, в лучшую или худшую? Вопрос был закреплен в моей чертовой голове как скрепкой, и я лишь пытался делать вид что он там отсутствует. Не учитывая что это не давало мне покоя, во мне как будто играл победный огонь, и я был уверен в том, что он появился потому что не я был инициатором всей этой идилии. Хм малышка Барселино так хотела меня, и я лишь совру если скажу что мне это не лстило. Киаре пришлось лишь немного выпить, чтобы сделать то что хотел я, и она сразу сделала то, о чем без сомнений в дальнейшем пожалеет...Хотя угрызения меня так же грызли, из-за того что я все же поддался искушению, которое должно было произойти позже. Хотя я все же планировал это сделать... И имено тот кусок желаемого, которого я хотел откусить позднее, должен был быть намного слаще. Но я скажу что был бы проклят, если бы отказался от такого предоставленого шанса. Вынужден отдать должное, этот поворот событий был так же не плох. Полагается признаться, это был хороший секс, в котором та лиса казалось бы сума меня сводил. Ее тело, и татуировки - это целое искусство, я никогда не спал с женщиной вроде нее. Что-то новое, необыкновенно прекрасное. Её гладкая, и в то же время со шрамами кожа ощущалась на моих пальцах как самый приятный и дорогой шелк. Больше средней грудь была мягкой, и была охринительной игрушкой для моих рук, её проколоты соски так же хорошо чувствовались в мое рту, и на пальцах. Черт, Киара была слаще чем я ожидал. Я вспоминаю о том, как она хотела накинутся на меня, и у меня чуть ли не опять стоит. Ее темные глаза горели возбуждением и желанием, как и мои тоже, но ей это знать не нужно. Вспоминаю о том, как её влага текла по бедрам от пульсирущего возбуждения, как ее пальцы прониклы внутрь нее, и как теребили центр ее нервов. Она умела быть манипулятором, и это ее представление сработало и на мне. Все ее возбуждение, которое передалось и мне, заставляло лишь облизыватся как от самого сладкого десерта в мире, и клянусь, еще даже не прикасаясь к ней, я готов был кончить в штаны как чертов подросток.
Вспоминаю ее шеи, ключицах, да и все ее тело, на которому я оставлял отметены, чтобы Киара вспомнила какими грязными вещами мы занимались. Мягкие поддатливые губы, которые было до бесконечности приятно сжимать в своих. А какие приятные звуки были слышны из её рта. Стоны Киары как пение птиц в гребаном раю, было увлекательно, и лестно слышать, особенно в порыве страсти. Это все казалось безумием. Дурным влечением...
Не думаю что Киара вспомнит мое выражение лица, которое я со всем своим самообладнанием хотел закрепить на своем обличье, чтобы скрыть агитацию в своих глазах. Моя чертова похоть успела придумать столько грязных вещей сколько я хочу сделать с Киарой, что мне начало казаться это влечение не здоровым. Я никогда не желал женщину так сильно как ее. Шлюхи всегда роздвигала ноги по моему приказу, но это была противная доступность. В то время как страсть Киары была как каким то вирусом, от которого вакцинироватся было бы просто грехом.