Когда я унесся ярким светом, я позже много раз пытался вспомнить, что было дальше, ведь что-то было. Но дальше – провал. Помню только, как открыл глаза и почувствовал под собой холодную землю. Я лежал на том же самом месте, на холме, где ожидал появления живых яблоней. Тогда я судорожно схватился за бинокль и с надеждой устремил взор в сад. Протирал глаза, вглядываясь. Деревья в темноте все так же стояли на своем месте, мерно покачивая кронами от легкого ветра. Никто из них не ходил. С досадой бросил бинокль, это был сон. Никаких живых яблоней не было…
Утро
Я шел домой. Слезы текли по щекам, и я их не протирал. Балташ обманул меня. Это был сон. Яблони никогда не оживят!
Тихо войдя в дом, сразу лег и с головой укрылся одеялом. Перед глазами поплыли розовые круги, и я впал в полудремоту. Сквозь сон вспомнил, что пришел домой без отцовского бинокля, оставил его на холме. В беспокойстве ворочался и заставил себя встать.
Уже было светло. Нужно принести бинокль, пока отец не проснулся. Голова раскалывалась, хотелось спать. Я с неохотой надел куртку и вышел.
Все вокруг еще спало. Небо было подернуто нежно сиреневыми облаками, предвещавшие теплую погоду. Но в предрассветный час еще было прохладно. Я быстро шел и продрог, шагая по мокрой траве. Из зарослей шиповника, испугав меня, выпорхнул жаворонок и заверещал громко, устремившись ввысь.
Голова моя прояснилась, утренний воздух действовал бодряще. И вот добравшись до подножия, резво забрался на холм. У зарослей полыни, где ночью устроился на дозоре, нашел свой бинокль. Захотелось снова взглянуть на яблони. Через бинокль увидел, что сад, чуть шевеля листьями, тихо спал. Заметил неугомонную игру воробьев, которые щебетали и перелетали с ветки на ветку.
На восточной части неба перистые облака окрасились в мягко розовый цвет. Становилось все светлее. Но перед восходом солнца все вокруг замерло, яблони перестали шевелиться, и даже воробьи прекратили неугомонный щебет. Всепоглощающая тишина длилась несколько секунд и на краю неба, осветив все вокруг, появилось яркое багряно-красное солнце. Куда хватило глаз, утреннее светило залило розовым светом деревянные крыши домов, поле, пасущихся лошадей, осветило холм и меня. Я зажмурился, и успокаивающая дремота накатывала волнами по телу.
Но вдруг издалека послышался звук гудящего мотора. Я мигом пришел в себя. Это был «ЗИЛ». Вскоре, верно, показался грузовик, который направлялся в сторону сада. Приложив бинокль к глазам, внимательно следил за ним. Кто в машине? Неужели приехал Балташ? Нет, из грузовика вышли совсем другие люди. Их было человек пять. Все в рабочих куртках, что-то обсуждали. Вдруг я узнал среди них Балтабека, который что-то вытаскивал из кузова. Ледяной холодок пробежался по спине. Ясно видел, как он секатором сорвал замок на воротах и грузовик заехал в сад. Другой мужчина держал в руках бензопилу.
Не медля секунды, я побежал со склона. В какой-то момент, споткнувшись о камень, упал, изодрал колени. Встал, несмотря на боль, продолжал быстро спускаться. Как они посмели прийти и что им нужно от деревьев? Вскоре воздух прорезал резкий звук бензопилы. Я уже был у подножия, сбив дыхание, бежал во весь дух.
Приближаясь, видел, как Балтабек, стоя возле яблони, вонзил гудящую бензопилу в ствол дерева. Послышался лязг металла о свежую кору, посыпались стружки.
– Не трогайте! Не надо! – кричал я на бегу. Один из мужчин увидев меня, сказал что-то Балтабеку и тот остановился.
– А я знаю его, – вглядываясь в меня, небрежно сказал Балтабек, – Этот сопляк не помешает, – бросил он и снова завел бензопилу.
Я забежал в сад, тяжело дыша.
– Пожалуйста, не надо, – умолял я.
Но Балтабек, не смотря на меня, сильнее налегал бензопилой в дерево. И вот, хрустнув, первая яблоня, качая пышными зелеными ветвями, медленно начала падать. Как в страшном сне наблюдал, как она рухнула на землю.
– Пожалуйста, не трогайте, – прошептал я в отчаянии.
Балтабек подошел и деловито оглянул упавший ствол. Он приказал своим приятелям тоже взять бензопилы, которые лежали у изгороди. Я подбежал к Балтабеку, что-то промычал и попытался схватить его за руки. Но тот резко с силой оттолкнул меня, и я упал наземь.
– Пошел отсюда! – бросил он. Тогда я весь бледный встал, дрожа, подошел к нему. Он испугался моего вида.