А Балташ улыбался и глядел на свой сад. И душа его взмывала вверх!..
* * *
Подул студеный ветер со стороны Большого холма, который смешал запах яблок с запахом полыни.
Я съежился и поближе подсел к плите, будто она могла согреть меня. Взъерошенный воробышек перелетел с плиты и вдруг сел на мое плечо. С минуты ясно поглядел мне в глаза. Я удивился, что он не испугался меня. Мне показалось, будто на меня глянули знакомые глаза. Даже рассмеялся от этой мысли…
* * *
Прошло еще семь лет, прежде чем яблони принесли первые плоды. Все эти годы Балташ каждый день приходил в свой сад. Зимой в суровые морозы он сам чуть не замерзал, подолгу ходил, укутывая каждое деревце разрезанным брезентом и тряпьем.
Однажды весной оттаявший снег из Большого холма грязным потоком устремился вниз. Сад начало топить. Утопая в грязи, промокший, Балташ бегал, пытаясь спасти деревья. На помощь пришел Нуржан Макатаевич, они вместе вырыли канал и по нему вывели талую воду из сада. Беда прошла рядом.
В этом году, когда мне уже шел десятый год, выдалось необыкновенно дождливое лето с душистым травостоем. И яблони Балташа были особенно красивы: маленькие саженцы превратились в большие двухметровые деревья. Светло-коричневые стволы, слегка изогнутые, отличались крепкой бугроватой корой, привлекая муравьев и птиц. Длинные развесистые ветви тянулись вверх, оканчиваясь пышными кронами. В первый раз в мае они зацвели. Весь сад пестрел ярко-розовыми лепестками и привлекал восхищенные взгляды. Глаз не оторвать!
– Ух, ты, вот это сад! – удивлялись невольно проходящие жители. Некоторые приезжие спрашивали, кто посадил этот чудесный сад?
– Это сад Дурного Балташа, – отвечали жители.
– Неужели, это те самые деревца? – не могли поверить проходящие.
За этот поступок многие жители начали уважать Балташа. Но некоторые, как аким Темиржан и его сын Балтабек, когда кто-то начинал восхищенные разговоры о необыкновенных яблонях Балташа, прерывали говорящего, негодуя, мол, все это пустая брехня.
В конце лета яблони принесли первые плоды. Большие нежно-красные яблоки издалека радовали глаза, а их запах доносился до аула, привлекая нас, мальчишек. А мы были тут как тут.
После той погони с камнями, когда Балташ уносил ноги от нас, мы его еще долго не встречали. Наверняка, боялся снова попасться нам на глаза.
Мы мальчишки были совсем маленькими и не помнили, когда Дурной Балташ посадил и вырастил свои яблони. Это нам было не интересно. Да и родители запрещали ходить к яблоням. Вдруг Дурной Балташ взбесится, и тогда жди от него беды.
Но в это лето мы заметили, что в его саду появились большие красные яблоки. Мы такие только в городе на рынке видели. Глаза наши загорелись! Руки сами просились к плодам, хочется откусить кусочек, но наша ребяческая гордость не позволяет просить яблоки у Дурного Балташа. Ни за что!
Наш смелый друг Жандос вмиг придумал план. К вечеру, после того как мы пригнали телят, он собрал нас всех и сказал, что будем «козловать», то есть на нашем ребячьем языке – красть яблоки. Пойдем вечером, когда Дурной Балташ уйдет домой.
— Будем «козловать» тихо. Возьмите рюкзаки и куртки. И смотрите, чтобы этот дурак не заметил нас, а то будет плохо, – предупредил Жандос.
Когда сгустились сумерки, мы тут как тут, притаились у подножья Большого холма. С нетерпением ждали, когда Дурной Балташ уйдет. И вот он, хромая, вышел из сада, закрыл ворота и пошел. Как только скрылась его фигура, мы перелезли через высокую изгородь. Лица наши возбуждены, глаза так и бегают. Яблок – видимо-невидимо!
— Тихо и быстро давайте! – скомандовал Жандос и мы, как обезьяны, начали забираться на деревья.
— Ой, ветка колется! – захныкал кто-то.
Я выбрал ближайшее дерево. Цепляясь за ветки, лез по стволу, но не так просто было – изрядно отодрал руки об бугристую кору и скользкие ветки. Но я лез все выше, там как мне казалось, что там росли самые большие и вкусные яблоки. И вот я добрался до высокой ветки, сел на него. Сорвав первый плод, я ощутил сладкий запах и откусил кусок. Кожица плода была плотная, но это было самое вкусное яблоко, которое я пробовал в жизни! Нежно-сладкая мякоть таяла во рту.
Ребята в спешке носились с одной яблони на другую.