- Аа! - взревел Босуорт и, как когда-то ловко поймал книгу, так же ловко развернулся и схватил Клэр за руку, застав ее на месте преступления.
Он остановил взгляд на игле.
- Это еще что такое?! Кто подослал вас навредить мне?!
Он дернул Клэр так, чтобы она оказалась с ним на одном уровне и он мог смотреть ей в глаза. Она натянула на лицо глупую улыбку.
- Навредить? Иголкой? Да что ей можно сделать?
- Вы не ответили на мой вопрос! - не оценил он ее иронию и заговорил еще более угрожающе. - Зачем это у вас?!
С ним ей сейчас лучше было не шутить.
- Я хотела проверить чувствительность ваших ног. Сегодня днем мне показалось, что вы можете на них опереться.
- И что вы выяснили? - в голосе не было и тени любопытства, лишь злость.
- Немногое, - пролепетала Клэр, от страха втянув голову в плечи. - Есть небольшая реакция на раздражитель, а значит, к вам еще может вернуться чувствительность. Мне кажется, что у вас не все безнадежно. Если я попробую…
- Вам кажется?! - взревел он, не дав ей договорить. - Кажется?! А дальше что, принесете топор и начнете отрубать мне по пальцу, чтобы убедиться, что я что-то чувствую, а потом еще и закинете меня в ванну со льдом?! Я уже достаточно натерпелся, чтобы позволить вам ставить над собой опыты!
Ярость Босуорта заставляла Клэр сжиматься все сильнее. Но ей хотелось донести до него, что она не собиралась его пытать.
- Но я не предлагаю вам ничего страшного! Я могу помассажировать ваши ноги.
- Ах вот в чем дело! Мисс желает моего тела! Хотите, чтобы я полностью оголился перед вами?!
Господи, ну почему он все понимал так превратно?!
- Да не нужны вы мне! - не сдержалась Клэр и постаралась оторвать от себя его руки. - Я лишь хочу вам помочь! Помочь! И стесняться здесь должна я, а не вы! Но вам легче разозлиться и обвинить меня черт знает в чём, чем прислушаться к моим словам!
- Больше никогда не заводите со мной подобный разговор! Или немедленно вылетите отсюда!
- Хорошо, я и слова вам больше не скажу! - со злостью выкрикнула Клэр, при этом совершенно не собираясь останавливаться. Вот не воспитывалась она в девятнадцатом веке, чтобы бояться герцогов и знать свое место! - Но вы только сами себе делаете хуже! Мои методы более гуманные чем у ваших докторов, и уж точно не причинят вреда! Я ведь собиралась только попробовать. Вам и нужно-то будет всего лишь лежать…
- Проклятье, Росси, убери ее отсюда! Она никак не хочет замолчать!
Через мгновение на плечи Клэр опустились две огромные ладони и потянули ее к выходу. Ей не было больно, но почему-то было обидно.
Зачем она старается что-то доказать этому упрямцу? Зачем спорит и настаивает на лечении, если он этого не хочет?
Примерно это же она услышала от Орландо, когда он вывел ее в коридор.
- Мы с миссис Дулитл предупреждали вас, что хозяин смирился со своим положением и не собирается больше предпринимать попытки встать на ноги. Зачем вы его злите?
- Я этого не хотела. Но я вижу то, что не видит сам Босуорт. Представьте, что вы можете быть здоровым, но из-за страха упускаете этот шанс. Разве вам не будет обидно, если вы так никогда и не используете его?
- Но что вас убеждает, что хозяин может ходить?
- Понимаете, он реагировал на иглу. Вернее, мышцы ног реагировали. В мозг поступал сигнал, а значит, они способны работать.
Орландо колебался в своих мыслях.
- Мисс Флетчер, вы все еще намерены завтра присутствовать на нашей тренировке? Может лучше подождать и перенести визит на другой день?
Никогда упрямство не было ни достоинством, ни недостатком Клэр, но ей вдруг захотелось доказать герцогу, что она права!
- Нет. Я хочу посмотреть ее. А если он спросит, зачем я пришла, то скажите, что… Что…
Она никак не могла придумать причину.
- Я скажу, что вы пришли по моей просьбе. Это я пригласил вас, так как хотел убедиться, что не перегружаю спину хозяина.
- Точно! - обрадовалась Клэр. - Спасибо вам! Мне приятно, что вы доверяете и помогаете мне!
В знак благодарности она неосознанно тронула его руку, как тут же опомнилась и отдернула ее назад.
Если она немедленно не уйдет, то с головой выдаст себя!
На нее и так как магнит действовали внушительная фигура и глаза Орландо, прожигающие ее насквозь. Они будто ощупывали ее. Ласкали. Она слышала его дыхание и чувствовала все тот же приятный восточный аромат. Если бы сейчас он поднял ее на руки и понес в свою комнату, она бы даже не стала возражать.