Клэр не могла понять, в чем заключался подвох, но взглянув в умоляющие глаза девушки, согласилась.
Глава 20
Все расселись за столами друг напротив друга. Слуги принесли твердые папки, чтобы положить на них листы, сами листы и карандаши. По команде участники принялись рисовать. Давалось всего пять минут.
Клэр сразу поняла, что для такого развлечения и отрезка времени лучше всего подойдет шарж. Не зря же она несколько лет совершенствовалась в этой технике. Это только на первый взгляд шарж мог показаться простым и легким, но подметить и не обидно изобразить особенность человека, еще и за короткое время, было целым искусством.
Когда второй раз прозвучал колокольчик, все по очереди начали переворачивать листы и показывать свои художества.
Девушки рисовали соперниц с большими носами или ушами и крайне маленькими глазами. Каждая на портрете выглядела как страшное пугало и каждый очередной портрет порождал злорадный смех. Из всех только герцог постарался не слишком обидно изобразить свою партнершу, чем вызвал завистливые взгляды у девиц и самоуверенный взгляд у мисс Кавендиш. Последней на очереди оказалась Клэр.
Без особого интереса и даже смеха девицы обозрели нелепый рисунок мисс Салем и хотели уже проигнорировать рисунок сиделки, как Клэр показала его своей партнерше.
Девушка восхищенно вскрикнула, чем тут же привлекла внимание.
Снова все глаза устремились на Клэр и ее рисунок. Мэри взяла шарж и с интересом рассматривала его. Она вышла на нем хоть и с карикатурными чертами лица, но вполне милой. Клэр подчеркнула ее красивые глаза и губы бантиком.
Завистливые взгляды, направленные до этого на мисс Кавендиш, переключились на мисс Салем.
- А меня вы можете также нарисовать? - вдруг обратилась к Клэр рыжеволосая девица.
- А меня? - перебила ее другая.
- Тогда я следующая! - возвысила голос мисс Кавендиш.
Спустя минуту к Клэр образовалась очередь из нетерпеливых и требовательных мисс. Все пожелали получить по портрету.
Так как Клэр доставляло удовольствие рисовать, она никому не отказала.
А ведь она могла бы неплохо зарабатывать на своем таланте!
Эта мысль придала ей уверенность. Но тут же она вспомнила, что в это время художников ценили уже после их смерти. Всю свою жизнь они были вынуждены прозябать в нищете. Эх! Этот вариант тоже отпадал.
Из под ее руки выходил шарж за шаржем. К концу очереди Клэр начала уставать. Сосредоточенность и внимание отнимали много сил. Когда последняя девушка получила рисунок, а Клэр собиралась выдохнуть, к ней подъехал Эдриан.
- И меня тоже, мисс Флетчер. Я хочу, чтобы вы нарисовали и меня. Я ведь никогда не был удостоен вашего художественного внимания, ведь так?
Его испытывающий взгляд смутил Клэр.
Если она откажет, то он посчитает, что она испугалась. Испугалась выдать, как относится к нему. Оба знали, что ее рисунки отражали намного больше, чем просто особенность человека. Они отражали ее чувства, ее отношение к тому, кого она рисовала. Ей придется показать, что она не боится изображать герцога. И что в ее мыслях нет ничего тайного и постыдного. Для нее нет разницы между ним и девицами.
- Все верно, Ваша Светлость, - уверенно произнесла Клэр, хотя чувствовала себя так, будто лгала ему. Мысленно она уже не раз нарисовала его. - Скоро вы получите свой портрет.
Клэр взяла новый лист и несколько раз провела по нему большим пальцем, словно разглаживая его, но на самом деле настраиваясь на творческий лад. Она должна выключить все эмоции и подойти к делу с равнодушным сердцем и холодным умом.
Она серьезно посмотрела на Эдриана, чтобы приступить к работе, но столкнувшись с ним глазами, которые продолжали изучать ее, ощутила, как щеки вспыхнули. Это не два сигнальных огня, это каких-то два раскаленных клейма, которые выжигал на ней Эдриан.
Соберись, тряпка!
Клэр сделала несколько первых штрихов, после чего пришлось снова поднять глаза. Ей нужно нарисовать его не слишком красивым, но и не полнейшим уродом. Любая крайность выдаст ее.
Она обвела взглядом овал его лица и изобразила на листе. Потом наступила очередь волос, шеи, плеч, глаз, носа. С трудом, но она нарисовала все это. Глаза - зеркало души. Но в них Клэр невольно запечатлела свою душу. В глазах читалось желание. Вожделение. Эдриан смотрел с портрета не смешным взглядом, как это должно быть на шарже, а томным. Черт!
Клэр выругалась про себя, но не решилась смять рисунок.
Наступила очередь губ.