— Вообще, забавно, — подала голос Агнешка.
— Что?
— Да я просто вспомнила все эти отчёты, когда кого-то находят — и типа «часы остановились во столько-то». Никогда не понимала, как из этого выводят время смерти, — она слегка усмехнулась. — Вот найдут наши часики, а у всех семь тридцать — столько насочиняют, как что было.
— Прекрати, — осадила её Лана. Она нагнулась, чтоб получше рассмотреть что-то за окном. — Никак не пойму, это солнце или луна. Вон там, за лесом.
Справа, пробиваясь сквозь сетку ветвей, посверкивал небольшой белый кругляш. Он не слепил, лишь подмигивал снова и снова и неотвязно следовал за машиной.
— Там вроде запад был? — нахмурилась Лана. — Мы, впрочем, может быть, свернули… Я уже не помню точно.
— Там слева такой же, — Алиса ткнула в своё окно. По верхушкам леса с её стороны скользило очень похожее пятно света — только, может, чуть-чуть поменьше и помутнее из-за тумана.
— Это что, как солнце и луна одновременно? — проговорила Агнешка с интересом. — Такое вроде в сказках бывает, когда ты попал на какую-нибудь не свою сторону.
— Бред, — почти неслышно выдохнула Лана, когда все достаточно посозерцали оба светила. Потёрла между бровей. — Какой же всё бред, — она подождала, снова глянула на экран смартфона. — Пять минуту прошло по таймеру. Сколько у тебя на часах, Лис?
Та с сомнением рассмотрела циферблат.
— Изменилось?
— Мм… может быть… Может, минуты две, — Алиса покрутила руку, чтоб посмотреть так и этак, под разными углами. — Хотя, знаете, мне сейчас кажется, они прошли назад.
— В смысле?
— Две минуты. Как будто на две минуты раньше, чем было.
Она стушевалась и неловко попыталась рассмеяться:
— Нет, мне, наверно, показалось, я неправильно запомнила. Может, они правда сломались и не идут.
— Скорее всего, — Лана отвернулась и слегка разочарованно поджала губы.
— Ты вроде поспать собиралась, — напомнила Агнешка.
— Да.
Но долго поспать ей не удалось. Впереди, по левую сторону, лес проредился и отступил, дав место тусклому пяточку с двумя-тремя небольшими постройками. Их освещал блёклый фонарь на углу, да ещё горело немножко окошко кассы — это же была касса, правильно, у заправки? На ступеньках, как раз под фонарём, сидели темноволосый худенький парень в заношенной ветровке и девушка-готка из тех, кого называли когда-то херками. Оба казались почти подростками.
Они с любопытством наблюдали за лягухом — как он подъезжал и как из него начали выходить люди один за другим. Парень легонько ткнул готку:
— Эй, Виктори. Глянь — прям по классике.
— В смысле?
— Ну, чёрненькая, рыженькая, шатенка и… — он сбился, когда из машины вынырнула Нелли.
— Считайте, что блондинка, — та приобернулась и, явно раздумав куда-то идти, присела на подножку автомобиля. — Да-да. Та самая блондинка из анекдотов.
Парочка неловко хихикнула. Девица ткнула парня в ответ, едва не задев вскрытую банку между ними:
— Ты не перед телевизором, брателла. Тебя всем слышно.
Нелли же, уронив руки меж колен, сосредоточила взгляд на них и, казалось, перестала на что-то обращать внимание.
Возле одной из колонок стояла уже другая машина. Тот самый пыльно-синий минивэн, что примчало сюда через полстраны, чтобы именно здесь бросить в невнятную сумятицу. Он, правда, просто стоял. Здоровый мужик за сорок — очевидно, глава семейства — отошёл к окошку кассы, поговорил там с кем-то и вернулся, нервно поглядывая на часы.
— Нету? — спросила его большая высветленная женщина на переднем пассажирском.
— Говорит, через полчаса.
— Опять через полчаса? — она высунулась из окна и оглянулась беспокойно на трассу. — Ну как так. Нет, ну, я не понимаю.
Мужчина не стал ей отвечать, вместо этого нагнулся к кому-то на заднем сидении.
— Ну что, по карте смотрел?
Ему ответили, голосом выше и моложе:
— Смотрел, ни черта так и непонятно. Как тот автобус объехали…
— Да сам ты просто ни черта не понимаешь. С навигаторами вашими ничего уже не умеете. Дай сюда…
Он забрал у кого-то изнутри большую разлохмаченную карту и завертел, ловя на неё свет фонаря.
Лана, Агнешка и Алиса со значением переглянулись. Лана в волнении пригладила чёрное каре у ушей.
— Пойду поговорю с ними, — она выступила вперёд и зашагала к семейству.
Их, видимо, давно уже подмывало пожаловаться хоть кому-нибудь, и они не возражали пожаловаться Лане — на всю эту дрянь, которая вывалилась на них, на всё, чего они успели навидаться сегодня и до того на пути, а вот теперь ещё и…