— Свидание? Это хорошо!
— Не свидание, — поправил его Макс, — мы не встречаемся, просто…
— Почему не встречаетесь? — вдруг, как-то слишком напористо, переспросил отец. — Ты, конечно, еще молод, но задумываться о будущем уже пора.
Макса одолели нехорошие предчувствия, и ведь оправдались же незамедлительно.
— Пап, ты о чём?!
— Α ты присмотрись, вроде бы Барская-младшая хорошая девочка.
— Пап, — едва сдерживая недовольство, проговорил Макс. — Мы — друзья.
Хотя, конечно, их совместное времяпровождение можно было принять за ухаживание, если посмотреть на это со стороны. Но посещая с подругой всякие интересные места, Макс чувствовал себя скорее щедрым дарителем, чем галантным кавалером. В конце концов, делиться тем, что тебе самому дорого и интересно — это совершенно особый род удовольствия.
— Дружба — неплохая основа для супружества. Посмотри хоть на нас с твоей матерью.
Ну да, им с матерью на тот момент было хорошо за двадцать пять и то считалось, что они довольно рано вступили в брак. Макс попробовал зайти с другой стороны:
— К тому же она скоро уедет. Учиться. Ийка не раз об этом упоминала.
— И это только как раз. За время учёбы и наследник или двое успеют подрасти, как раз к тому времени, как можно будет везти ребёнка назад, на Отеллу.
— Я погляжу, ты мою жизнь на много вперёд распланировал, — уже не скрывая раздражения, ответил ему сын. — И не только мою. И ты всерьёз полагаешь, что Ия из дружеских чувств ко мне согласится стать фактически матерью-oдиночкой в восемнадцать лет? В то время как самой ей нужно учиться. Ты это точно всерьёз?
Про то, что самому ему становиться отцом в те же восемнадцать лет тоже не слишком хочется, он даже упоминать не стал.
— Я же только просил подумать, — сдавая назад, проговорил отец.
— Α я уже тебе объяснил, почему из этого ничего не выйдет. И вообще, очень тебя прошу, не лезь в наши взаимоотношения, мне и так тут особо не с кем общаться, если ещё и Ийка начнёт от меня шарахаться…
Из-за стола Макс встал раздражённым и наполовину голодным и одно здорово усиливало второе. Нет, к тому, что папенька примется реализовывать в отношении сына всё, с чем временил до сих пор, он был вполне готов. Εму казалось, что он вполне готов и управление биофабрикой на себя взял без возражėний, хотя это была работа, и серьёзная, а у него за плечами даже бизнескурсов нет, и все поголовно сотрудники намного старше своего юного начальника. А у него только опыт, переданный от отца к сыну за время недолгих наездов и его же авторитет. Но с этим Макс готов был справляться. А вот с тем, что не только его делoвую, но и личную жизнь возьмут в оборот — нет.
Однако на биофабрике на него навалилось такое количество мелких и не очень проблем, что свободная минутка для того, что бы позвонить однокласснице, нашлась только в обед, когда забрав свой поднос из рук робота-официанта, Макс заперся у себя в кабинете.
— Так что там у тебя за проблемы образовались?
Позвонил он только после того, как покончил и с первым, и со вторым и остался только чай — жующий во время разговора человек и выглядит не очень, и на слух воспринимается странно. Нет, другое дело, если вы сидите в ресторане и ведёте застольную беседу, но при телефонной или видеосвязи — это совершенно недопустимо. Это в него матушка вдолбила намертво.
— У меня не проблемы, у меня небольшое поручение от бабушки образовалось. Она на пару дней уехала, а всю текучку скинула на нас с Ланцем. Преимущественно на него, конечно, но и мне пара поручений досталась.
— А раскидать их как-нибудь днём, чтобы вечер освободить? Я тут загибаюсь без общества нормальных людей, которые не грузят меня своими проблемами, — произнёс он как можно более жалобно.
— Нет, тут всё дело в том, что мне нужно будет застать дома людей, которые только к вечеру придут с работы.
— Тогда другой вариант: может быть мне к тебе присоединиться? Вместе и походим по адресам и пообщаемся. Или там что-то конфиденциальное?
— Суди сам, насколько это в порядке вещей для Отеллы: мне нужно будет вручить документы о принудительной миграции или же отказе от претензий, — Ия ненадолго замолчала, просматривая записи. — Женщинам. Двоим. Ο, кстати, одна из них у тебя работает, а вторая … в коммутационном центре. Интересно, что они натворили, что их отсюда выдворяют?
— Ничего. Забеременели, — на другом конце возникла долгая пауза, однако короткий взгляд на часы подсказал Максу, что времени на долгие объяснения у него нет. — Разговор не на две минуты. Почитай пока в сети про особенности местной демографии, а вечером я отвечу на все вопросы, которые у тебя останутся.