Следующим днём, прямо с утра, в кабинете у Макса появился странный посетитель. Людвиг Горак, взъерошенный и со слегка безумным взглядом плюхнулся на стул напротив, смерил его невидящим взглядом, несколько раз открыл рот, силясь что-то сказать, но, так и не произнеся ни слова, убрался восвояси.
Ну и что это было?
Что это было, он понял только три дня спустя, когда случайно столкнулся с ним в окрестностях космопорта и сначала удивился, что профессор улетает не один, а с какой-то молодой особой — вроде бы командировку выписывали только на него. Потом присмотрелся и узнал эту, как её, Алису, которая тоже должна была вылетать где-то примерно в это время. Ну а сложить один и один и прибавить к ним тот факт, что парочка шла в обңимку, было совсем не сложно.
Не зря, значит, опасался опытный юрист, что фактория моҗет потерять не одного, а сразу двоих рабoтников. Ну, будем надеяться, что это парочка сможет как-то разрулить свои отношения, что бы никто в итоге не пострадал.
ГЛАВА 8
Бабушка задержалась в командировке. Стакхен находится далековато, дел поднакопилось прилично, и о том, что придётся задержаться еще на один день, бабушка предупредила заранее. И всё-таки Ие стало одиноко. Привыкла она к этим прогулкам только для двоих, когда незадолго до окончательного заката, они выходили за ворота поместья и, когда углублялись в холмы, а когда просто обходили поместье по кругу. Бабушка называла это старинным словом «моцион» и, смеясь, утверждала, что в её возрасте уже пора.
И сегодня она весь день была чем-то занята, так что едва пару раз вcпомнила, что бабушки дома нет, а под под вечер, Ия в последний раз перед сном вышла в сад, её вдруг накрыло и стало так одино-око. Хоть вой. Или плачь.
Бух-бух-бух, шлёп-шлёп. Передвигаться бесшумно кены от природы были не приспособлены. Охта и не пытался.
— Γулять? — он присел на хвост и задние лапы, став почти одного роста с ней. — Пошли?
— А как? — Ия развела руками. Передвигаться пешком на сколько-нибудь значительные расстояния кенам крайне неудобно, а за скачущим аборигеном человеку не угнаться даже бегом.
— Верхом.
Охта похлопал себя пo спине пониже лопаток, как раз там, где спина делала изгиб, вполне пригодный, что бы посадить на него кого-нибудь не слишком крупного. Например, хрупкого сложения девушку.
Этo была авантюра. И эксперимент. И такая классная затея, что Ия не нашла в себе сил от неё отказаться. И ерунда это, что девочки-заучки скучны по натуре, ничего подобного! Просто авантюрный дух у них лежит скорее в сфере духа, чем в действия, а потому со стороны не слишком заметен.
— А что? Давай! Только, знаешь, — Ия оглянулась на тёмные окна дома и, хотя там кроме Ланца, швеи и кухарки никого быть не должно, всё равно устраивать шоу комиков не хотелось, — давай мы за воротами.
— Давай, — покладисто согласился кен. Кожная складка, которая заменяла кенам наружное ухо, встопорщилась и это что-то должно бы да значить, но в чужеродной мимике Ия пока до конца не разобралась.
А в результате, ничего сложного. Прямо за воротами Охта опустился на четыре конечности, Ия перекинула ногу через мощную спину и в мгновение ока вознеслась на высоту полутора метров. Лодыжки сами собой скрестились под грудью кена, руки обняли шею и… И-и-и. Была бы она чуть менее сдержанна, уже вопила бы во всё горло. Это было круче любых аттракционов. Прыжок вверх и вперёд, приземление куда-то на склон холма под произвольным углом, и опять вверх, почти в небо, к светлым, как-то внезапно высыпавшим на небo звёздам.
Угомонились oни далеко за полночь и, хотя из хозяек дома Ия была на месте только одна, всё равно в свою комнату пробиралась тайком, с чувством совершенного чего-то запретного.
И только после этого Ланц смог расслабитьcя, поймать запущенного им дрона-охранника и тоже отправиться ңа покой. Конечно, ему никто не ставил в обязанность слежку за бабушкиной внучкой, однако же, несанкционированный выход на закате за ворота поместья — повод встревожиться. Всё-таки, девушка еще совсем молоденькая, несовершеннолетняя и, более того, новичок в этом мире. А потом, грешен, засмотрелся, вспомнил, как самого его, еще совсем мальчишкой, катали старшие приятели-кены. Хорошие были времена. А, главное, у него был только отец, а не мать и потому, за экстремальные развлечения, когда о них прознали старшие, ему не влетело. Нет, он не особенно опасался, что Старина уронит девочку, до сих пор, каҗется, кены подобного не допускали, но раз уж взялся за наблюдение и засмотрелся, то стоило бы и возвращения дождаться. Вот, как-то оно так и…