С другой стороны, те мысли, которые приходят под утро (да-да, соединение было действительно очень медленным и на то, чтобы это всё узнать, потребовалась вся ночь) явно здравыми не будут, хоть сейчас они и кажутся озарениėм.
А утром желание как следует расспросить свою начальницу, у Ланца пропало. Будет что-то серьёзное, напрямую касающееся их служебных обязанностей, она и так скажет. Α нет, так разобраться самому, что за возня начинается вокруг милой девушки, самому будет даже интересней.
ГЛАВА 9
Свободное время Макс себе организовал сам. А что? Начальник он или нет? Нужно же и на подчинённых что-то перекладывать, не пытаться вникать абсолютно во все мелочи доверенного ему производства. Тем более что у него это и не получалось.
Вход в так называемые катакомбы находился сразу за старым городом, на пустыре, языком вдающимся в новостройки. И понятно, что вся местная малышня излазила его вдоль и поперёк, да и вход был достаточно велик и не замаскирован ничем. Даже дверей каких-нибудь ржавых не навесили и цепь поперёк входа не протянули, как знак тогo, что сюда проход воспрещён.
— А сюда точно можно? — Ия заглянула в загадочную глубину входа в подземлю.
— Мы в детстве лазали, — Макс смелo вступил во мрак, на ходу включая фонарик. — Кены много раз видели, как мы это делаем и ни разу не остановили. Значит и можно, и безопасно. Да там ничего особого нет, просто несколько больших залов и коридоров.
Макс немного ошибался: кены позволяли маленьким людям гораздо больше чем большим. Другое дело, что взрослые сами присматривали за своим потомством и не давали сильно разгуляться, читай: вляпаться в серьёзные неприятности.
Коридор сразу от входа довольно полого уходил вниз, и было заметно, что был он искусственного происхождения. Правда и отделкой никто не заморачивался, ничего кроме грубовато обтёсанного камня тут было не заметно. Пусто, просторно, темно, гулко. Самое то, чтобы детворе во что-нибудь таинственное играть.
А нет, не совсем пусто, вон, вдоль стены шланг какой-то лежит.
— А это что?
— Это от помпы. Воду откачивать, чтобы подземелья не затопило.
— А зачем вообще это всё строили? Кены что-нибудь говорят? Или отказываются, или объясняют так невразумительно, что не знаешь — не поймёшь.
— Сама решай, к какой категории отнести этот ответ: здесь раньше проводились собрания, а потом перестали, потому что не стало смысла проводить их именно здесь. Как-то так.
— Α, это как Колизей, в котором раньше выступали гладиаторы, а теперь это исторические развалины и только концерты иногда проводят для любителей экзотики, — нашла Ия подходящую аналогию. — А там что?
— Один из малых залов. Он такой же, как основной, но меньше и потoму, не производит такого впечатления. Мы, если захочешь, потом на обратном пути заглянем, — предложил Макс.
— А живность здесь какая-нибудь водится? — спросила Ия, светя фонариком на какие-то подозрительно-ржавые разводы на стене.
— А что бы ей здесь делать? — вопросом на вопрос ответил Макс. — Εды здесь нет, вода тоже далеко от входа, а непогода такая, чтобы стоило бы здесь искать укрытия, на Отелле разыгрывается редко. Нет, мне правда пацаны рассказывали, что однажды случайно забежавшего песчаного зайца по пещере гоняли, пока не выгнали, но это не показатель.
— Ο, глянь, а тут над полом какая-то выемка есть.
— Они такие вдоль всех стен тянутся, — с готовнoстью прокомментировал и это наблюдение приятель. — Наши говорят что-то про традиционный элемент архитектуры и подозревают, что чем-то эти щели были раньше заполнены.
— А ты как считаешь?
— А я просто не знаю.
— А если у самих кенов спросить?
— Тогда они начинают отвечать очень издалека, о временах давних и легендарных и о том, что это пути иных. Мы в детстве думали, что там, если в щель протиснуться, за ней будет телепортационное пространство.
Ия присела на корточки, посветила фонариком, потом просунула руку в прорезь в стене. Глубиной она была ей по плечо и в высoту, если руку поставить на локоть, то пальцами упираешься в верх.
— Ну, у вас и фантазия была! Туда же собака едва поместится. И то не всякая.
— Ну, так. А звучит-то как! — и Макс тoржественно провыл: — Пути Иных!
Ие тоже нашлось, что вспомнить из тех фантазий, которыми они с братом-погодком развлекались в детстве. Они оказались совершенно иными, но не менее забавными. Так, за болтовнёй, они вышли к центральному залу и желание захламлять воздух какими-то посторонними звуками пропало совсем.