Вот и интересно, если он каким-то образом не уехал с семьёй, а задержался в поместье, то где (у кого!) был и чем занимался? Ответ очевиден, если вспомнить, насколько плотно его вчера взяла в оборот Ленка. Ия внезапно развеселилась.
— Макс, а Макс, — она потыкала в парня пальцем, — я не наш папа, чтобы тебя с фамильным дробовиком поджидать. Да и он вряд ли будет.
— Так ты не обиделась? — он поднял на неё взгляд. Нет, подружка вpоде бы в отличном настроении и от души забавляется.
— Нет, вот если бы ты отправился в горы, без меня, я бы, наверное, обиделась. А на это... — она пожала острыми плечиками.
— Мир, дружба, жвачка, — предложил Макс и протянул руку через стол. Ия её торжественно пожала.
— Сразу после окончания праздников и отбытия родственников мы едем на раскопки, — Ие срочно пришлось искать совсем-совсем постороннюю тему, потому как несмотря на «мир-дружбу-жвачку», парень явно чувcтвовал себя неловко, а об этих своих начинаниях она вчера вроде бы забыла упомянуть. — Это я тебя предупреждаю заранее, ты у нас теперь человек занятой и деловой, вот, чтобы ты заранее время себе высвободил. Я попросила — Ланц договорился — всё уже решено.
— Кстати, работа же! — Макс не то что взбодрился, подскочил даже. — Меня к одиннадцати на биофабрике ждут. А раскопки это да, это обязательно. Сообщишь потом точный день?
— Постой, — Ия тоже поднялаcь и даже нахмурилась. — Это какую-такую работу ты собрался работать с подобного недoсыпа? К чёрту подробности, как ты за руль собрался садиться!
— А, — ерунда, — они уже шли к подъездной дорожке, где одиноко скучали несколько разномастных машинок. — Я не работать, я поздравлять сотрудников буду и подарки дарить. Если не появлюсь — ничего страшного, замы за меня поздравят, но будет некрасиво. И я не поеду сам — автопилот довезёт. Мне даже трек прописывать не надо, он от вашего поместья до моей биофабрики проложен давно — только нужный из списка выберу. Кстати, в дороге час-другой и подремать можно.
И он так заразительно зевнул и выразительно шатнулся, что Ия сама себе пообещала проконтролировать, что там за трек он выберет, а то уедет в какую-нибудь тьму-таракань.
Зато выспится, что тоже неплохо.
Ланц ещё по прошлому Лениному приезду понял, что это не женщина, а что-то с чем-то, и её способность творить вокруг себя хаос превышает все разумные пределы. Нет, то, что из официального и даже в чём-то стандартного празднования смены календарного года вышло чёрте-что и сбоку бантик, это было вполне ожидаемо (зато весело!). Но то, что oна догадалась отбить у младшей сестры кавалера, да так убедительно, что тот от неё только утром на полусогнутых выполз, это ни в какие ворота не лезло. Нет, Макса он понимал, сам удерживался от подобного только из чувства самосохранения, но вот то, что теперь в их доме (общем, между прочим, доме) будет обитать расстроенная и обиженная на весь мир совсем юная девушка было совсем плохо. И стоило бы пойти и выяснить масштабы катастрофы. Ну и сгладить, как-нибудь, что ли.
Он обошёл весь сад, гостиные, заглянул на кухню и в отведённые ей комнаты — нет нигде. А между тем, охранная система уверена, что девушка не покидала поместья. Впрочем, её несложно обойти — тот же Охта в особо прекрасных случаях (испугавшись-разозлившись-перенервничав) способен перемахнуть через ограду и охранка его не засечёт, она у них не настолько сложная, всё же не военный объект. Потом догадался заглянуть в садовый двор, который они с Охтой отжали для себя совсем недавно. Раньше там была кладовка с теоретически нужным хламом, но молодёжь решила, что помещение на первом этаже с отдельным выходом в сад ей нужнее, и хламу пришлось потесниться.
Ну да, и заброшенная кладовка очень быстро преврaтилась в рабочее место учёного. Шкаф с книгами у дальней стены — в основном занятый атласами и гербариями с растениями. Отдельный стол, предназначенный исключительно для работы с книгами и записями и прикреплённый над ним монитор. Шкафы с рядами банок, заполненными удобрениями и прочими питательными смесями (все аккуратно подписаны), полка с пробирками, где в искусственной среде растёт что-то зелёное и нежное и не понять даже, земное оно или местное. Про по ранжиру развешанные секаторы и садовые ножи (некоторые вполне медицинского вида) даже упоминать не стоит. И разномастные горшки с комнатными раcтениями — всем, что удалось настрелять по знакомым, от банальной герани до бонсаистого кедра. Охте вдруг страстно захотелось поэкспериментировать с чем-нибудь не местным.