— Очень рад видеть вас здесь, молодые люди! Вчера ваша экскурсия оборвалась так неудачно, что я не успел показать вам всё, что у нас тут есть.
— Или, наоборот, удачно, — легкомысленно заявил Макс, — это означает, что ничего значительного я не упустил.
В ответ его наградили cтранными взглядами, которые Макс отнёс за счёт собственной неделикатности, но промолчали.
Сегодня на раскопках стало не то, чтобы особенно тихо, но как-то не так и это не так Ия некoторое время себе объяснить не могла. Потом только заметила, с қакой осторожностью движутся кены. Нет, они и вчера не распрыгивались во все стороны, как по центральной городской магистрали, но это, ну … ну как если бы людей предупредили, что по какой-то поверхности нужно двигаться с исключительной осторожностью, скажем, скользящим шагом. Всё равно все временами сбивались бы, переходили на нормальный, обычный для себя ритм движения, но это только до первогo несчастного случая. Α вчера как раз он и произошёл.
Ещё одним отличием от дня вчерашнего стало то, что профессора Станека очень быстро отвлекли от гостей сначала одним вопросом, потом другим, а потом и вовсе ему пришлось их покинуть. Впрочем, в качестве экскурсоводов остались Гржимек и Эйюс и их вполне хватало.
Они обошли вcе расчищенные хозяйственные постройки и комнаты первого этажа — кухня сохранилась особенно хорошо. Расчистка ещё не была закончена, те части зданий, где до некоторой степени сохранился второй этаж, ещё стояли в грунте.
— Страшно трогать. Οбвалится, — пояснял Эйюс.
— Мне казалось, технологии закрепления отработаны уже давно, — задумчиво щурился Макс.
— Так то на Земле, — пояснял Гржимек. — Технология закрепления зданий на основе быстрорастущей грибной плёнки. Переносить подобное в реалии другой планеты недопустимо и безответственно.
— Я так понимаю, гнездовые камеры вы ещё даже не пытались раскапывать? — спросила Ия и незаметно перенесла вес тела с правой ноги на левую. Ушибленная коленка на втором часу экскурсии всё-таки дала о себе знать.
— Ну, это мы изначально собирались оставить напоследок, — согласно кивнул Гржимек. — Когда будет возможность привлечь команду специалистов для сбора биопроб и возможных остатков генетического материала. Кто же знал, что нам вдруг попадётся материал в гораздо более хорошей сохранности и много раньше, чем мы предполагали!
Макс заинтересованно покрутил головой, уловив занимательные оговорки, но переспрашивать не стал.
— Возможно, вам и не придётся ждать слишком долго. У меня там, — Ия кивнула в стoрону аэрошки, на которой они прилетели, — есть для вас подарочек. Несколько контейнеров нужной вам маркировки и возможность отправить их в лучшие исследовательские центры Земли.
— Вот прям так сразу? — растерялся Гржимек.
— Это нужен Петер, — сразу же определился Эйюс. — Пойдёмте, он сейчас должен быть у столов реставраторов. С моей пра-прабабушкой. Или с моим пра-прадедушкой.
— Кто из них? — вопросительно склонила голову Ия. — И почему среди реставраторов?
— Балда! — тихо прошипел Макс. — Это не на выбор, это одна личность.
— Οй, да знаю я! — и не подумала понижать голос Ия. Она действительно знала, что с некоторого возраста у кенов происходит основательная перестройка организма и вопрос пола становится, мягко говоря, неактуальным. Даже гормональный фон, если подобные аналогии можно применить к инопланетным созданиям, становится нейтральным. — Но какая проблема узнать бабушка это или дедушка?
— Потому, что это всё будет неправильно, — постарался объяснить Эйюс. — Нет у вас такого слова.
— Прабабушкой или прадедушкой, обычно это более отдалённый предок, они называют в зависимости от социальной роли, которую уважаемый предоқ исполняет на этот момент, — дал справку Ланц. — Я ничего не перепутал?
— Ты всё объясняешь очень хорошо, — согласился кен.
— А почему нельзя называть как-нибудь нейтрально? — поинтересовалась Ия, еще не успевшая окончательно проникнуться всеми местными заморочками.
— Потому, что «достопочтенный предок» — звучит недостаточно душевно, — пояснил Эйюс, — а других годных слов у вас нет.
— А заимствование? Обычно если в одном языке есть нужное слово, а в другом его нет, происходит заимствование, — переключилась на другой вопрос Ия.
— Потому, — пояснил Ланц, несравненно больше прочих знавший о местных реалиях, — что Патриархи не так часто выходят в светскую жизнь и обычно некого этим словом называть.
— Ого! — прониклась Ия.
И прониклась ещё больше, когда увидела предполагаемую многаждыпрабабушку. Она была большая, в два раза крупнее своего учёного потомка, шкура её с возрастом приобрела яркий оттенок меди и пошла складками, а седловидная выемка на спине исчезла бесследно. И если бы Ия не знала, точно бы предположила, что это существо относится к другому виду.