Выбрать главу

  Этими выпрошенными пайками старуха подкармливала местных детишек. Те в ответ дарили ей браслетики и бусики, которые мастерили из пустых гильз и осколков снарядов. Последнее время приближение старухи можно было определить по звуку - браслеты и бусы из гильз позвякивали, ударяясь друг о друга, когда она шла.

  А ещё Старая Фурия подкармливала Дурочку; я определил это потому, что однажды увидел, как Дурочка ест брикет из нашего пайка. Она шла по улице и жевала - медленно, явно наслаждаясь каждым кусочком. Но не доела, оставила половину.

  Позже эту половину она отдала парню в клетчатой рубашке - она постоянно так делала. Тот, в свою очередь, постоянно приносил ей книги, а иногда - клубни нарытой где-то картошки, и тогда они устраивали пир - пекли её на костре, уходя подальше от городских улиц.

  Испытывая чувство вины за то, что подслушиваю и подглядываю, я, тем не менее, всегда прибавлял звук наушника - и ловил их тихие разговоры.

  - Ты зачем так рисковал? - ласково выговаривала девушка, принимая очередную книгу. - Зачем снова лез в эти развалины? А вдруг обвалится и придавит тебя?

  - Ничего со мной не случится, не бойся, - отвечал парень. - Да и вообще, для тебя я не только в разрушенный дом - я в огонь полезу.

  А однажды он принёс девушке букет пырея и пыльного хвоща и сплетённое из проволоки колечко.

  - Выходи за меня замуж, - безмятежно предложил он - как-будто звал погулять.

  - Замуж? - с улыбкой покачала головой девушка. - Дурачок! Какая же свадьба, когда война? Вот когда она закончится, когда опять будет нормальная жизнь...

  - Но наша-то с тобой жизнь не будет ждать, когда кончится война...

  Я не знаю, сыграли ли они тогда свадьбу. Но колечко из проволоки Дурочка с тех пор носила.

  Я провожал Дурачков взглядом через прицел, пока они не скрылись за развалинами магазина, и на улице снова стало пусто.

  Перенастроив зум, я принялся привычно осматривать окрестности. Кто-то из местных развешивал бельё на верёвках, кто-то колол дрова, кто-то просто сидел и бездумно глядел прямо перед собой. Из-за угла выбежали дети и тощая куцехвостая дворняга, крадучись подобрались к той части ограды, за которой стоял склад продовольствия. Я было подумал, что они будут клянчить у караульных еду, но оказалось, они всего лишь пришли за пустыми гильзами, оставшимися от вчерашней перестрелки.

  Девчушка с двумя хвостиками победно вскинула руку со смятым в лепёшку осколком металла.

  - Смотрите, что я нашла! - радостно воскликнула она.

  Ребятня загалдела, и через несколько минут на уцелевшем участке асфальта уже были расчерчены классики, а плоский осколок стал битом.

   Я засмотрелся на детей и не сразу заметил появление шустрого молодого парнишки. Я не знал его имени, а сам называл про себя таких как он озлобленных подростков Борзыми - они глядели на нас с нехорошим прищуром, пакостили по мелочи, и я верил, что стоит повернуться к ним спиной - и они тут же в неё ударят.

   Борзый медленно осматривал нашу базу. Задержался взглядом на нескольких раненых, медленно прогуливавшихся под тёплым солнышком вдоль ограждения. Прищурился, недоверчиво покачал головой - и вдруг бросился к проволочной ограде.

   Я тут же поймал его в прицел.

   - Немедленно остановитесь, или я открою огонь, - предупредили динамики моим голосом.

   Борзый замер в нескольких метрах от проволоки.

   - Артур! - вдруг закричал он.

   Раненый, тот, со шрамом на голове, вздрогнул и обернулся на крик.

   - Артур, это ты? - продолжил надрываться Борзый. - Тебя что, в плен взяли?

   Артур остановился, разглядывая парня.

   Я крутанул громкость в наушнике.

   - Отвали, пацан, я тебя не знаю, - бросил Артур.

   Борзый даже пошатнулся.

   - Артур, ты чего? Что они с тобой сделали? Это же я, Кит, твой брат - ты что, и правда меня не помнишь?

   Артур несколько растерянно покачал головой и торопливо зашагал прочь.

   Борзый по имени Кит ещё долго стоял у ограды, глядя ему вслед. Я приблизил зум прицела и увидел в его злых глазах что-то, похожее на слёзы.

  

   * * *

  

   На следующий день носорылые предприняли два налёта. Чуть повредили нам посадочную площадку для вертолёта, окончательно разрушили электровышку и два пятиэтажных дома на окраине. Потом к городу подошла шеренга танков.