В такое место как раз и заехал городской предприниматель Иван Корбакин по дороге к сыну на свадьбу в село Сметанкино вместе со своим будущим шурином Сергеем Думовым.
Ехали они уже пятый час с самого раннего утра, и им нужно было остановиться отдохнуть и перекусить, а Дурово с виду было местом недурственным. Осматривая посёлок в поисках какого-нибудь приличного заведения, среди магазинчиков и даже небольшого торгового центра они увидели старое здание с обшарпанными стенами и кучей плакатов, вывесок и объявлений, наклеенных на нём. Над входом красовалась большая выцветшая вывеска: «Ресторан Местный». Других заведений они не нашли, а долго метаться не хотелось, так что решили остановиться здесь.
Иван с Сергеем вошли, и их сразу встретил звон колокольчиков, небрежно привязанных к входной двери. Они сели за стол и начали ждать официанта. В это время в кафешке сидели ещё пять человек. Все посмотрели на незнакомцев с некоторым удивлением и презрением и продолжили свои разговоры и еду. Через некоторое время к ним подошла работница заведения.
– Вы будете что-нибудь заказывать? – осторожно спросила она.
– Да. Можно меню?
– Ах, меню у нас там, у стойки. Там и заказывать.
– Странный у вас сервис! – подметил Иван, посмотрел удивлённым взглядом на Сергея и пожал плечами. – Ну ладно, пойдём к стойке.
Они подошли к стойке заказов, которая была ещё и барной стойкой, и начали рассматривать листок с блюдами, вложенный в настольную подставку с рекламой.
– Хорошо, мне окорочка с картошкой, – сказал Иван.
– Ой, извините, сегодня окорочков нет! – ответила работница.
– Ладно, а вот у вас какой-то сырный суп. Он есть?
– Есть, но… он так себе, если честно, – взволнованно ответила работница.
– Что же он у вас в меню, если он так себе?
Работница растерялась и не знала, что на это ответить. Тем временем в зале начало чувствоваться какое-то недовольство.
– Ладно тебе, не беспокой людей! – окликнул его Сергей. – Вот борщ у них есть. Может, по борщу?
– Ну давайте хоть борщ, – согласился Иван. – Только мне ещё салат, и пить я буду кофе американо.
– Эм, у нас американо нет.
– А какой есть?
– Три в одном есть, – ответила она, краснея.
Иван нервно вздохнул:
– Ну давайте хоть три в одном.
– А вы чего пить будете? – обратилась она к Сергею.
– А? Мне сок, да… – ответил Думов, отвлечённый от чего-то.
Они сели за самый чистый столик из свободных. Корбакин стал мельком осматривать помещение и посетителей. Видны были декорации, оставшиеся с начала существования кафе, некоторые заштукатуренные, а остальные обшарпанные. Виднелось много точек и дырочек. Зал был небольшой, но за дверью виднелся ещё один зал, по-видимому, для застолий и вечеринок. Кроме Ивана и Сергея за одним столиком сидели двое толстых мужчин в весьма приличной одежде и явно с бодуна, за вторым – невероятно худая женщина, по виду которой можно сразу понять, что она очень давно без мужика, а за третьим столиком, у самого края, сидел, будто забитый, мужчина с большими скулами, синяками и жилистыми руками вместе со своей женой, судя по всему. Эта женщина была невероятно толстая, с кучей морщин, странной причёской и кучей болячек и бородавок на лице, небрежно замазанных большим количеством дешёвой косметики. Глаза её были хмурые, а рот, казалось, не способен выдавить человеческую улыбку. Это была одна из тех женщин или, скорее, баб, от которых не ожидаешь ничего, кроме презрения и скандалов. Запах её духов разнёсся, кажется, по всему заведению. Лица у всех посетителей были грустные, покорные и уставшие, как в любом общественном транспорте, кроме лица этой бабы: оно выражало ярое недовольство новыми гостями.
Корбакин и Думов несколько минут просто молчали, отдыхая и погрузившись в свои мысли.
– Ты первый раз в Дурово? – спросил наконец Сергей.
– Я бывал тут раньше проездом, но как-то особо не задерживался… – ответил Иван и стал вслушиваться в разговоры других посетителей:
– Ну что, швабра? Вчера пил опять?! – доносилось с крайнего стола.
– Пил… – угрюмо отвечал мужик.
– Ну и нахрена ты пил? Завтра к нам внучка приезжает, а ты не можешь ни убраться, ни в магазин сходить, полку новую купить да повесить. Старая-то совсем развалилась, стыдно будет.
– Так ты же сама в магазин не отпускаешь.
– А как тебя отпустишь?! Ты ж, скотина, водки купишь и нажрёшься опять. Ведь нажрёшься?