– Нажрусь…
За другим столиком по телефону:
– Алло. Привет, сынок! Что, как там у тебя дела? Ммм, понятно. Что делаешь? Ааа, молодец. Ну ладненько, давай. Люблю тебя! Ага, давай. Давай, пока-пока…
За третьим:
– Ты видел, чего Лерка вчера на корпоративе вытворяла?
– Неа, я отрубился ещё в одиннадцать.
– Там такое было…
Тем временем принесли заказ. Работница несла все блюда на одном подносе и чуть ли не падала вместе с ним, но смогла положить поднос на стол, немного разлив кофе, пожелала приятного аппетита и ушла. Некоторые тарелки были побиты, и борщ был приготовлен явно не только что.
Иван отвлёкся от чужих разговоров и начал есть.
– Чего ты такой грустный, Серёга? Всё-таки на свадьбу едем, а не на похороны! – Корбакин хлопнул Сергея по плечу. – Эх, вот и мой сын уже женится, как быстро время летит… – сказал он про себя.
– Да… не хотел я тут останавливаться. Грустно мне на всех этих пустых людей глядеть да вспоминать… А ведь их всё больше, особенно среди молодёжи. Тут особо не разрадуешься.
– Что ты этих «пустых людей» всё упоминаешь? Они же, наверное, последние, о ком стоит беспокоиться.
– Просто думаю я о них много…
– Ну и чего ты там надумал?
– Не хочу говорить, да и о них в одном предложении не скажешь.
– Время у нас ещё есть, а ты походу только о этих своих пустышках и думаешь. Расскажи, может, хоть голова у тебя легче станет.
Сергей призадумался.
– Ну ладно, слушай. Может, поймёшь чего. Сейчас, только мысли в кучку соберу… – сказал Думов и сделал внушительную паузу. – В общем, пустые люди, как я их называю, – это люди без особенной индивидуальности. Они терпят и приспосабливаются абсолютно ко всему: нелюбимая работа, неправильные ценности, угнетение, скудные условия жизни. Пустые лучше стерпят это, чем будут проявлять инициативу и делать хоть что-то, чего они раньше не делали.
– Так что же, по-твоему, если человек не меняет свою жизнь, значит, он автоматически пуст?
– Нет, вовсе нет. Там же нет такого разграничения: либо ты пустой, либо ты нормальный. Это как с наркотиками: кто-то иногда и по мелочи, кто-то часто и уже зависим, а у кого-то это составляет всю его жизнь. Пустота человеческая имеет кучу качеств и проявлений: им неинтересна жизнь, им ничего особенного не нужно, они верят в одно и то же и не признают других истин; порой даже не вдаются в смысл дела, которое они делают; не меняются ни под каким предлогом; врут всем, включая самих себя, любят и смотрят те телепередачи, фильмы, музыку и книги, где нужно меньше всего думать для их понимания и много чего ещё…
– Ну дак, подобные люди были и, наверное, будут всегда. О них и Гоголь, и Лермонтов писали.
– Ну и что хорошего? А пустых тем временем становится всё больше. Нас сейчас всех гребут под одну гребёнку что в школе, что дома, что в армии, что на работе, а когда пустые люди занимают посты тех, кто может дать человеку своё я, получается кризис. И разве это так классно? Спать семь часов каждые сутки, потом вставать, делать себе яичницу и идти на работу, чтобы заработать деньги на яйца, которые нужны для яичницы, которая даст тебе энергии, чтобы дальше работать. Неужели в этом так много смысла, что столько людей именно на это тратят свою единственную жизнь?
– Ну предложи выход, раз такой умный!
– Так я поэтому и грустный, что выхода пока не вижу. Это получается, чтобы люди начали проявлять инициативу, перестать бояться ошибок и стали жить по-настоящему, надо либо новое поколение на этом воспитывать, либо долго и упорно внушать старому поколению, либо призвать других людей как-то менять пустых людей. Но что из этого нам под силу?
– Выход, брат, есть всегда, так же как и оправдание. Нужно просто разобраться хорошенько в этой проблеме и решить её.
– Да, но кто захочет этим заниматься? Пустота других не наша проблема. Это я тебя просто сейчас так заинтересовал это проблемой, а завтра, я уверен, ты даже и не вспомнишь про пустых людей.
– Ну нужно как минимум сказать им про это.
– Так ты думаешь, они не знают? Они всё это знают и понимают, что они пустые. Все постоянно горланят об этом в разных формулировках, только вот делать-то никто ничего не будет.
Иван посмотрел на часы.
– Время у нас ещё есть. Рассказывай дальше, пожалуйста!
– А что ещё рассказывать? Жизнь таких людей – это сплошная рутина и паутина лжи. Они каждый день делают одно и то же и, кажется, готовы веками находиться в своём кругу однообразия. И когда ты находишься очень долго в одном месте и делаешь одно и то же, ты попадаешь в такое состояние, когда тебе становится всё хуже и хуже, а выходить ну никак не хочется, хотя ты и понимаешь, что если выйдешь из этого круга, тебе станет лучше, но вот как-то не верится в это, и чем больше ты погружаешься в такое состояние, тем больше ты готов отдать, чтобы всё оставалось там, где остаётся.