Глава 9
Стоило ли говорить, что остаток ночи никто спал. Веселина дрожала от той беды, что навалилась на неё, Ярыш тихонько шмыгал носом, а Воислав сидел рядом, сдвинув брови. Он мог бросить вызов любому смертному, но по сравнению с бессмертными он был слаб.
Одна только Боянка улеглась как ни в чём не бывало и, встав поутру, была весела и бодра.
- Что так пригорюнились? Не помер же никто! Могло бы быть и хуже! - окликнула она соплеменников.
- А могло быть и лучше, если бы подарок Лешему сделали. Неужто ты не знала? - спросил её один из воинов.
- Знала да забыла за суетой! Ты же знаешь, что я вместе со всеми ловушки устраивала для вражин!
- Да только не за тем тебя брали в поход, Боянка! - хмуро сказал ей Ходота. - Копать и верёвки вязать у нас все умеют, а вот с духами сладить не каждый может.
Она обиженно поджала губы и умолкла, собираясь дальше в путь.
Снова впереди был долгий и тяжёлый переход, ели на ходу, пили из ручьёв. Теперь Воислав не отходил от Веселины, у него сердце стучало тяжело, на грудь давило словно камнем. А она молча шла вперёд, глядя только перед собой, потому что боялась встретиться с глазами брата, который горше остальных переживал приказание Лешего.
- Давай я понесу его, я уже хорошо отдохнула, - повернулась она, наконец, к Воиславу и подняла на него свои зеленые очи.
- Тяжело тебе, а для меня он как пушинка, - ответил воин, - Веселина…
Она уже успела опустить лицо, понурив голову. Но, когда Воислав позвал её, вновь посмотрела на него.
- Я не отдам тебя Лешему.
В груди у девицы сердце забилось так быстро и сильно, что ей подумалось, будто все вокруг услышали этот отчаянный стук. Она застыла напротив великана Воислава и забыла, что боялась смотреть ему в глаза, чтоб не утонуть в них и не пропасть. А мужчина в ответ молчаливо уверял, что сдержит слово, и этому молчанию верилось.
- Воислав, мне твоя помощь нужна будет! - откуда не возьмись, появилась Боянка. - Для нового зелья нужно травы собрать — Ходота поручил. Да только я боюсь одна идти, говорят медведей тут много.
Мужчина посмотрел на Весю долгим взглядом. Пока путники остановились на отдых, он усадил Ярыша рядом с сестрой, выпрямился во весь рост и кивнул. Боянка зашагала впереди, уводя в лес берсерка, но бывшая полонянка о ней не переживала. А вот Леший… Сколько он собирался держать её подле себя? Ладно, если год, а если десять? А то и все пятьдесят!
Всхлипнула девица, но тут же вытерла слёзы, так как не хотела брата огорчать.
- Я с тобой пойду, Веся! Не прогонит же меня Леший! Кому я ещё нужен, кроме тебя?
Сестра поцеловала его в макушку и прижала к себе, и тут подошла к ним Умила.
- Да что же за напасть такая, сердечко моё… - женщина так привязана была к этим двоим, как к родным, ведь своих детей у неё не было. Да и во вражьем логове не приглянулась она никому, что её только радовало. Как видела она побитую Весю, которой не повезло понравиться княжичу, да и других женщин, которые затем рожали от врагов, так и славила она богов, что уберегли её от такой участи.
- Знать судьба у меня вдалеке от родной стороны жить. Может, и к лучшему… - прошептала девица.
- Что ты говоришь такое? К какому к лучшему?! - хлопнула по бёдрам Умила, готовая вот-вот заплакать.
- Ты знаешь, что замуж меня теперь никто не возьмёт, а обязательно прознают, кто в том повинен… - Веся снова вспомнила, что обещания и взгляды Воислава ничего не значили из-за её прошлого.
Не хотела она марать друга грязью, в которой её измазал княжич Любомир. А так же знала, что наверняка разойдётся слух о том, что ночевала в княжеском тереме она, да подарки от него получала. Да только не подарки то были, а клеймо. Заставлял её Любомир и дядька его надевать платья дорогие, сапожки, сделанные искусными мастерами, угрожая Ярышу. Долго не могла понять Веся из-за юности да неопытности, зачем так делал княжич, а потом поняла. Хотел он, чтоб свои же её прогонять начали, чтоб не к кому было ей пойти, а только к нему. Тогда не смог он это сделать, но теперь боялась Веселина, что исполнится его замысел в родной земле.
- Глупости не говори! И замуж выйдешь! И дети будут! Только с Лешим нужно договориться, одарить его чем-то.
Дети… Если в плену Веся была рада тому, что никак не получалось Любомиру сделать её тяжёлой, то теперь думала о том, что ещё один у неё был изъян, который мешал ей мечтать о будущем. Пустой себя считала. Это ведь и так ясно было, раз жёны и наложницы рожали Любомиру наследников, а она нет.