- Дальше будет видно, что да как. Пока бы добраться домой, - вздохнула Веселина.
Она решила думать о чём-то другом, лишь бы не о себе. Умила расположилась рядом и стала рисовать на песке берёзовым прутиком, а Веся просто блуждала взглядом по соплеменникам. Пока не заметила Ходоту. Он сидел на противоположной стороне поляны, оперевшись спиной о дерево. Он глядел на Умилу, пока она не замечала того.
- Умила… - шепнула Веся через минутку, когда воин уже занялся тем, что точил свои ножи.
- Что?
- А ты замуж собираешься?
Женщина засмеялась, слегка толкнув Веселину.
- Смеёшься надо мной? Нашла невесту!
Но потом веселье как рукой сняло, и она печально заговорила.
- Я ведь засватанная была, увели меня эти проклятые враги прямо перед свадебкой. Так и не стала я женой милому своему.
- Жив он, как думаешь?
- Если и жив, то точно не ждёт. Иначе, почему он не здесь?
Так сидели и отдыхали все за тихими разговорами, а потом из леса вернулись Воислав и Боянка. И Веся не могла не заметить, какой довольной выглядела знахарка и как алели её губы.
Глава 10
Совсем нерадостно было Веселине, хоть и шла она в родную землю. Совсем скоро уже начиналась земля её предков — племени вятичей. Воислав шёл по-прежнему рядом с нею, но хвостом к нему привязалась Боянка и то и дело приставала к нему со всякими разговорами, давая понять бывшей полонянке, как много общих воспоминаний у неё с берсерком.
- А помнишь тот поход, когда ты спас меня от стрел?
- Не помню ничего, Боянка, я же зелье пью перед боем.
- Выходит, ты меня спасать бросился даже в неразумном состоянии? - выдохнула она.
- Выходит, да, - ответил Воислав, - Ты лучше скажи, что нужно будет для исцеления Ярыша.
- Я не говорила, что смогу, - скисла сразу Боянка.
- Но говорила, что попробуешь. Если нет, то придётся знахарей в окрестных деревнях искать.
- Раз обещала, то попробую, - ведунья надула губы, недовольная тем, что Воислав не поддержал разговор о воспоминаниях.
Умила шла чуть позади, а за нею Ходота. Не решался воин заговорить с женщиной, шёл молча и думу тяжёлую думал. Все бывшие пленники возлагали большую надежду на своё возвращение домой, да только то, с чем они столкнулись на своём, пути было мелочью. Впереди их ожидало самое сложное испытание.
Не тем было их родное племя, каким запомнили они. Теперь там царили иные порядки. Старый князь был убит давно врагами, как и его семья. Власть в руки взял его племянник, да только в нём текла совсем другая кровь. Поначалу он стеснялся ещё перечить старшим в племени, а теперь окреп, оперился и не слишком слушал их.
Да и старшие тоже устали от его указаний, которые помогали лишь ему, но никак не племени. Нынешний поход был спланирован самими вятичами, князь ни в какую не хотел давать дружинников для освобождения захваченных давным-давно соплеменников. Так и решено было, что шли в чужие земли только те, кто сам изволил, никакого приказа князь не давал. Наоборот, всячески мешал, да не смог расстроить планы вятичей отомстить врагам.
- Только учтите, ежели явится отец Любомира с войной, в первых рядах оборонять будете нашу землю! - выговаривал он Ходоте.
- Само собой, княже, - отвечал ему воин.
Так и отправились они без княжьего благословения, зато с княжьей сестрой — Боянкой. В стан врага она, разумеется, не пошла, но зорко следила за происходящим. Кое в чём подсобляла, но вот с Лешим очень плохо вышло. Да не сказать ей ничего, вроде как не со зла так вышло, да и князя младшая сестра, а он обид не прощал.
- Вот и дошли мы до реки Рудой, а дальше — наши леса, - объявил Ходота путникам, когда увидел впереди отблески воды.
Называлась она так, потому что берега были глинистые местами, придавали красный цвет воде во время дождей. А так была чистая полноводная река, в которой водилось полным полно рыбы всякой, зато не было никаких русалок. Да и здесь уже была заготовлена переправа через реку — деревянный мост в самом узком месте. Когда все перешли на другой берег, то по толпе раздались вздохи, всхлипы и славление богам. Некоторые падали на колени и целовали родную землю, не веря, что снова дома, что смогли вернуться…
Среди них была и Умила, из глаз которой брызнули слёзы, когда она собрала в пригоршни землю, траву и мелкие веточки.
- Неужто… неужто?!
Веселина обняла Ярыша, которого Воислав усадил на землю и сам сел рядом.
- Вот мы и дома, братец, - горло перехватило от переживаний и ничего более девица сказать не смогла.