Глава 5
Воислав смотрел на свою подругу детства и не мог поверить, что она стала такой. Щекастая белокурая девчонка с зелёными озорными глазами превратилась в красавицу с высокими скулами и тонкой шеей, с яркими как вишни устами, только взгляд был таким грустным, что хотелось заново разрушить те хоромы, чтоб отплатить за всё горе, что принесли его народу враги.
Да дважды этого, увы, не сделать. После того, как отвар из особого корня, что варил Ходота по рецепту, что узнал у варягов, перестал действовать, Воислав припоминал, как напугал Веселину, схватив за руки в какой-то тесной тёмной комнате. То были первые проблески затуманенного сознания. И хвала богам, что тогда он пришёл в себя! Такова была и сила, и слабость берсерка! Он не знал усталости, не ведал боли и жалости, но каждый раз боялся, чтоб не попал под руку кто-то из своих.
Когда Ходота, который ныне был князем вятичей, отправил его выпить очищающий кровь напиток, Воислав наведался в княжеский терем, чтоб удостовериться, что сделал всё, зачем шёл в те земли. Распластанное тело княжича, которое определил вятич по княжескому перстню, служило тому доказательством.
Это была месть за зло, причинённое князем Аскольдом всему их племени, и не ему одному! Разорив земли мирных племён, полив их кровью, он превратил землепашцев и охотников в лютых воинов. Все, кто жив остался, кто не угнан был в чужие земли, поклялись отомстить.
Даже женщины встали на этот путь, потому как не было покоя никому, пока справедливость не была восстановлена. И начало великому мщению было положено.
Хоромы Любомира были первой вылазкой возродившихся вятичей. Любимый младший сын князя Аскольда, он не меньше отца был повинен в горе простых людей. Окрестные земли, дарованные отцом княжичу, были обложены непомерной данью, а кто не мог заплатить, платил детьми или жизнью.
Оттого деревни, что были на тех землях, становились всё более безлюдными. Не раз и не два восстания селян подавляли жестоко и кроваво. Целые семьи покидали те забытые богами места. Поэтому и Ходота со своим малым войском прошёл безо всякого сопротивления, а на обратном пути к нему даже прибилось несколько человек из местных.
Шли без остановок, тех, кто не мог уже идти, поддерживали более выносливые соплеменники. Веся шагала рядом с охавшей Умилой и молчаливым Воиславом. Ярыш уже проснулся и вначале испугался нового знакомого, но спустя полчаса уже что-то увлечённо рассказывал ему и выспрашивал о воинских делах.
- А я бы тоже хотел воином стать! - мечтательно сказал мальчик, - Я бы тогда всех своих защищал. Вот как ты! Но теперь не судьба…
Он сник, подумав о своих ногах. Но потом опять стал рассказывать, как ещё пару лет назад бегал по лесу вместе с Веселиной от медведицы.
- От медведицы? - удивился Воислав, - Как же вы от неё убежать смогли?
- Она не сильно старалась нас догнать. Мы нечаянно с ней встретились, когда за малиной в лес пошли, - дополнила рассказ Веселина.
Наконец она впервые за всё время улыбнулась, а великану показалось, что даже солнце ярче засияло.
- Но мы так испугались! - продолжал Ярыш.
- Ещё бы! Ты знаешь, что быстрее медведя зверя нет? - спросил его мужчина.
- И сильнее! - сказала ещё Умила.
- Это точно! - кивнула Веся.
- А это же коготь Хозяина? - Ярыш указал на висящий на шнурке оберег.
Воислав взглянул, куда указывал парнишка, и кивнул.
- Да, его.
- А как он тебе достался? - не унимался малец.
- В честном бою.
Веселина посмотрела на Воислава недоверчиво, а тот решил не скромничать и рассказать, кем теперь стал её друг детства.
- Таких воинов как я немного в каждом племени. Мы берсерки.
- Это как? - Ярыш слушал, открыв рот.
- Особый отвар помогает нам на время самим стать как медведи. Такими же быстрыми, такими же сильными…
- Ну ты, добрый молодец, не скромничай, - усмехнулась Умила, - кажется тебя и без отвара боги ни ростом, ни силой не обделили.
Воислав засмеялся и посмотрел на Веселину. Она тоже улыбалась, но смотрела под ноги. Так за весёлыми разговорами они дошли до реки.
- А вот почему она Белая, - вытянул шею Ярыш.
Воды реки текли по каменистому дну и поэтому пенились, от чего быстрая река становилась белой. Всё это стало понятно, но неясным было, как переходить такой поток ослабленным переходом людям, при чём в основном женщинам с детьми.
- Ну, бабоньки, придётся задрать подол, - произнёс Ходота, - мужики, а вам отвернуться!
Стоявшие вокруг него люди смеялись, но не весело, потому что шумные воды могли сбить с ног проще простого. Но предводитель племени на этом не остановился, он свистнул и на другом берегу сразу же показались люди. Они помахали руками и натянули верёвку, соединявшую оба берега.