Последним сойдя со скрипнувшего крыльца, чуть прищурившись от дневного света, он поспешил к топтавшимся у забора проводникам. Пристроившись в хвост, Андрей начал привыкать к заданному темпу ходьбы, отгоняя неприятные мысли об опасности и смерти, хотя и лежал перед ним в парной дымке мертвый Восток.
4
Раздраженно задребезжали остатки стекол в окнах пустых домов, равнодушно наблюдавших, как серые низкие облака над окраиной города прожгло прозрачно-синее пламя из дюз тормозных двигателей приземляющегося звездолета. Черную от испепеленной травы землю продавили выдвинувшиеся из корабля гигантские лапы, сервоприводы нивелировали уровень корабля, и наступила тишина, лишь гудели остывающие двигатели да потрескивали раскаленные керамические плиты обшивки.
Пошел дождь. Редкие крупные капли сначала с шипением исчезали дымком на разогретой поверхности, а затем, когда ливень усилился, корабль скрыло облако пара. Но вот корпус стал остывать, и на технических люках капли уже не испарялись, а свободно подпрыгивали, дробясь на мелкие ртутные шарики.
Из отверстия в нижней части звездолета резво вылетел и плюхнулся в лужу маленький робот-разведчик. Бодро крутя всеми шестью дутыми колесиками, он сначала объехал вокруг корабля, вращая окулярами и мелко подрагивая антеннами, затем взобрался на кучу мусора, замер так на несколько секунд, и устремился к центру города, вскоре исчезнув за очередным осевшим домом.
Дрэйд же разглядывал через иллюминатор искаженный толщиной керамокристалла пейзаж.
– Возможно, придется их встретить, – пробормотал полковник. – Сарус, какая есть информация об этой местности? Честно говоря, когда ты сказал про пустынный край, мне представлялась несколько другая картина.
– Типичная зона отчуждения. Люди были, но давно ушли. На самом деле более удобное место для посадки трудно себе представить.
– Здесь совсем нет людей?
– Теоретически можно натолкнуться на так называемых проводников, изредка промышляющих на этой территории и подбирающих, что плохо лежит. Но они вне закона. Что же до представителей власти, то их здесь, как правило, не бывает.
– То есть никакой опасности не существует и идти навстречу Командору нет необходимости?
– На этом корабле нет даже легкого транспорта, и смысла их встречать я не вижу. Наш выход не ускорит попадание Командора на звездолет. Кроме того, я не знаю точно, какой дорогой они воспользуются. Координаты нашей посадки отправлены Кее, и появятся они, скорее всего, с запада.
– А не далековато мы сели?
– Зону окружает периметр, охраняемый правительственными войсками. И если наш корабль заметят, это может привести к нежелательному вниманию к этой части периметра и помешать группе Командора спокойно до нас добраться.
– А как он преодолеет периметр? – озабоченно спросил Дрэйд.
– Полагаю, они его уже преодолели и сейчас двигаются по направлению к нам. У Кеи было время все подготовить должным образом. К тому же, ей помогали. Кроме того, по моим сведениям периметр охраняется вяло. Явной опасности нет.
– Тогда будем ждать, – подытожил Дрэйд. – А почему Кунц так и не вышел в рубку после посадки? Мне казалось, он более любознателен.
Сарус раздраженно пожал плечами, как бы говоря: "Откуда я-то знаю?", но сдержался и ответил:
– Он сразу поспешил к себе в каюту. И помощник за ним. Готовятся.
Дрэйд подошел к сидящему в кресле пилота Ор-Красу, немного постоял, глядя на передаваемые роботом-разведчиком картинки, и направился к доктору.
Кунц сидел в своей каюте, загроможденной аппаратурой, и что-то подключал. Огромный Тико казался уже совсем лишним в этом тесном пространстве, но и он был чем-то занят, хотя из-за его широкой спины и нельзя было разглядеть, чем именно.
– Наконец представился случай все опробовать, – Кунц обернулся к Дрэйду, услышав, как створки двери каюты со свистом разъехались. – А то ведь все было только в теории. До сих пор ведь никто не задействовал проект "Родственные души". По крайней мере, никто из тех, кого бы я знал.
– Для чего это сейчас нужно? – спросил Дрэйд.
– Возможно, Командору понадобится своего рода реабилитация. Сами понимаете… процедура переселения очень тяжела. Он может быть даже не совсем адекватен. А кроме того, не исключено проявление привычек донора.
– Уж если он дойдет до корабля, ничего не случится и до посадки на Кроне.
– Тико, будь добр, сходи в складской отсек, – обратился Кунц к помощнику. – В каком-то из контейнеров кореллятор. Захвати его.
Тико молча вышел, и когда за ним сомкнулись створки, Кунц продолжил:
– Мы хотим знать, насколько новый Командор похож на старого.
– Думаете, это может быть самозваный дружок Кеи? – улыбнулся Дрэйд. – В таком случае, я смогу это определить безо всяких приборов. Я слишком давно служу под его командованием и слишком хорошо его знаю, чтобы Кея рискнула привести кого-то другого. Есть вещи, которые не знает никто кроме нас. Мне достаточно лишь немного пообщаться, несколько наводящих вопросов…
– Ах, полковник, если бы все было так просто… – пробормотал Кунц, тщетно пытаясь включить какой-то аппарат. – И все-таки надо точно знать, в чьи руки попадет Разрушитель. Для этого есть соответствующие приборы, они ответят на вопросы, связанные с переселением души точнее, ведь именно для этого мы потратили на их изобретение столько время и средств.
– Вы даже знаете название Оружия? – опешил Дрэйд. – Я смотрю, уже все в курсе. Может, даже и Коменданты?
– Почему бы и нет, – Кунц включил наконец свой прибор и выпрямился перед полковником. – Почему бы и нет, я вас спрашиваю? Пусть не все, но кто-то из Комендантов, полагаю, непременно должен быть в курсе. Вы хоть представляете себе Разрушитель? И как можно создать такое в абсолютной тайне?
– Вздор! Коменданты никогда бы не подписали капитуляцию на условиях Великого Адранта, знай они о существовании такого оружия, – сказал Дрэйд.
– Вздор, говорите? Это как сказать. Разрушитель – один, а Комендантов – девять. Одного Разрушителя на всех не хватит. Куда как лучше попытаться завладеть им втайне от остальных и стать Императором. Как вы считаете? Игра рискованная, но того стоит. И я не исключаю, что некий амбициозный Комендант параллельно с нами разыгрывает свою комбинацию. И кто придет сюда под видом Командора – лично для меня большой вопрос. Ведь Командор – это и есть самый быстрый доступ к Разрушителю Планет. Тут могут быть задействованы такие хитрости, которые мы с вами и представить не можем, не то что предвидеть.
– Постойте, какая связь между Командором и Разрушителем? По сути, он лишь главнокомандующий орбитальной крепостью, которой у нас больше нет. Да – он стратег, да – тактик, но сейчас уже не более того.
– Уж если вы не знаете это, то откуда знать мне? – ответил вопросом Кунц и, демонстративно отвернувшись, продолжил возиться с аппаратурой.
У Дрэйда на языке так и вертелся вопрос о кольце, но что-то ему подсказало, что говорить об этом не следует. В конце концов, должны же и у него быть свои козыри в рукаве. Он задумчиво постоял, заложив руки за спину и наблюдая за доктором, а потом сообщил:
– Кстати, еще на орбите я подключился к связи. На корабль пришла свежая информация. "Соглашение о мире", подписанное воюющими сторонами и уже утвержденное Галактическим Советом. Вам любопытно будет ознакомиться?
– Конечно, – ответил Кунц, как-то сразу потеряв интерес к настройке оборудования. – Еще как любопытно.
– Тогда пойдемте в рубку. Я выведу его на центральный экран. Есть там одно странное место…
Кунц тут же бросил свою аппаратуру и устремился в рубку, а за ним не спеша направился и полковник. Доктор читал долго и сосредоточено, шевеля губами, и по его мимике можно было даже примерно определить, на каком месте текста он находится. Когда Кунц дошел до седьмого пункта, Дрэйд спросил:
– Обратите внимание вот на это: "В случае если по каким-нибудь причинам входящие в Союз Комендантов независимые силы совершат вторжение на планету Крон, не будучи спровоцированными вооруженными силами Адранта, то такое вторжение должно быть немедленно пресечено Союзом Комендантов, а в качестве компенсации за нарушение мира Адрант получает обратно в свое управление планету Аргейзе", – зачитал Дрэйд. – Вам не кажется, что этот пункт… даже не знаю, как сказать… странен, что ли?