А может, Шарль просто заметил взгляд Родерика, брошенный на его мать. И еще тогда сказал, что лучше было бы никогда не видеть этого гостя.
Но понимания юный дракон не нашел. Отцу это было безразлично. Брат восхищался гостем. Мать даже не заметила вампира. Для нее в принципе не существовало никого, кроме ее семьи.
Семьи, которой осталось быть вместе всего несколько счастливых лет.
Шарль тогда улетал в путешествие. За книгами для отца, которому хотел сделать подарок.
В ту ночь он впервые ощутил боль потери родной крови. Сначала он ничего не понял. Просто в сердце вонзилась тупая игла. И принялась вращаться там, входя все глубже и глубже.
Сначала дракон ничего не понял. Догадался он только через десять минут. А еще через три минуты приказывал седлать себе коня. Требовалось как можно быстрее выехать за город, чтобы обернуться – и лететь домой что было сил.
Он опоздал.
На несколько часов опоздал.
Яд оказался слишком силен.
А плачущая мать, в один миг постаревшая на десять лет, рассказала, что отца ранили отравленной стрелой. Ранили, когда он летел в драконьем облике. И неизвестно, кто это сделал.
Отец успел уничтожить врага. Но допросить его…
Есть яды, которыми можно убить даже дракона.
Шарль, по обычаю драконов, отнес тело отца к самой глубокой пещере, которую знал, и оставил там, завалив камнями. Через много лет его тело тоже переродится. И люди будут думать, откуда там взялось мумиё. А потом дракон вернулся домой. Чтобы по обычаю год оплакивать отца.
Через три дня в замке появился Родерик.
Жан, ставший со смертью отца хозяином, принял его ласково и приветливо. Он старался угодить вампиру, принял его свиту, просил Шарля добывать для них дичь, даже устраивал пиры, словно отца и не убили совсем недавно. Мать Шарля не выходила из своих покоев. И Шарль старался быть с ней.
Но однажды ему пришлось отлучиться на охоту на несколько дней. А вернувшись, он обнаружил мать… крепко спящей и с укусом вампира на запястье.
Юный дракон взбеленился.
И потребовал объяснений у Жана.
Объяснения были получены. Такие, что дракон до сих пор передергивался от отвращения и брезгливости.
По воле судьбы рожденный человеком, Жан был этим очень недоволен.
Жан НЕ ХОТЕЛ умирать.
До такой степени не хотел и так боялся обычной человеческой жизни, что предложил Родерику и мать, и себя, и даже брата в обмен на вечную жизнь.
И вампир с радостью согласился. Ему не просто понравилась мать Шарля. Он влюбился в нее. А что до Жана или Шарля…
Вампиры вполне бисексуальны.
Шарль взбесился. Он стал бы в эту минуту братоубийцей. Видит небо. Но дело было уже ночью. И прежде чем он успел хоть что-нибудь сделать, на него навалились вампиры.
Дракон был ослаблен. Он устал. Не так давно он перенес смерть отца… А если кто не знает, гибель близких очень сильно бьет по драконам. Даже если это не видно внешне, у них нарушается правильное течение силы по линиям ауры. Становится труднее менять облик, тяжелее пользоваться своей, исконно драконьей силой. И силы Шарля были на исходе. Он успел убить то ли троих, то ли четверых, прежде чем его скрутили и бросили в темницу.
Но там он пробыл недолго.
До смерти матери.
Драконы – не провидцы. Более того, магия предвидения для них под запретом. Но магия крови – это их родная стихия. И дракон может сделать многое с существом своей крови. Очень многое. Не всегда хорошее. Не всегда плохое. От болезни и смерти до исцеления и избавления от старости.
Александр смог присниться матери. Она была одурманена вампирами, она спала, что ж, тем лучше. Снова и снова сын пробивался к ее сознанию, объясняя, что происходит.
И – объяснил.
Елена, мать Шарля, жена дракона, все-таки смогла разорвать пелену вампирских чар. И осознала, что происходит вокруг, с абсолютной ясностью. Сказалась кровь, которую ей давал муж.
Она поняла всё. Осознала, что происходит вокруг. Что ей грозит. И еще поняла, что для нее жизнь закончена.
Любимый муж – мертв.
Старший сын – предал всё и вся. Мало того, что он продал вампирам ее, он и сам прекрасно проводил время с Родериком. Во всех смыслах прекрасно. И в постели – тоже.
Младшему сыну она никак не поможет.
Более того, если она просто попытается, ее поймают. И она станет вампиром. Очень быстро. От мужа Елена знала, насколько это… подчиненные своему креатору существа. И не хотела для себя такой жизни. Тем более два укуса говорили сами за себя.
Она и так станет вампиром. Если не умрет. И чем быстрее, тем лучше.
Написать угольком записку было делом минуты.
Женщина просила похоронить ее рядом с мужем. Проклинала старшего сына за все. И младшего, если он не исполнит ее волю.