— Хорошо, — отвечаю я. Направляюсь на выход. Максим провожает меня до машины.
— Артем, завтра наберу. Обсудим детали.
— Договорились, — пожимаем руки, крепко и по-деловому, и я скрываюсь в салоне автомобиля.
— Артем Михайлович, домой? — уточняет Руслан.
— Да!
Ростов-на-Дону. Встречает зноем, пылью и пробками. Подъезжаю к ювелирному магазину «Gold&Diamonds» на Большой Садовой. Захожу внутрь. Охрана неотступно следует по пятам. Консультанты с порога улыбаются так, что лица, кажется, вот-вот треснут.
Отмахиваюсь от помощи одним жестом. Взгляд скользит по витринам и цепляется за кольцо из белого золота с камнем, переливающимся мягкими, теплыми, золотистыми бликами, точь-в-точь под цвет глаз Бэмби.
Выбор сделан.
Возвращаюсь домой. Обедаю. Иду в кабинет. Разгребаю кучу сообщений и рабочих звонков. Время пролетает с бешеной скоростью.
На часах 17:10.
Принимаю душ и срываюсь к девочке. Звоню — абонент занят. Снова. И снова то же самое. Раздражение нарастает.
Подъезжаю к воротам дома.
Охрана внутрь не пропускает.
Набираю Азата.
— Плохо не пускать на порог будущего зятя, — едко бросаю я.
— Приветствую, Артем Михайлович. В нашем изменчивом мире все так непостоянно. Эли может еще передумать… — огрызается он.
— Сомневаюсь. Ворота открой!
Молчание.
— Сейчас охрана запустит.
— Вот и прекрасно. Надеюсь, впредь таких проблем не возникнет?
Слышу, как Азат разъяренно, с присвистом дышит в трубку… Резкие гудки.
Минута — и мы уже заезжаем во двор. Выхожу и прямиком в комнату Эли. Врываюсь без стука и сразу с порога:
— Привет, Бэмби! Мой звонок всегда должен быть в приоритете!
Она вздрагивает и убирает телефон от лица.
Мой взгляд жадно скользит по ее стройной фигуре, обтянутой коротким, вызывающе ярким платьем, которое подчеркивает каждый изгиб, каждую линию этого аппетитного, юного тела. Стройные ножки в туфлях на высоком каблуке создают тот самый, сводящий с ума эффект. Поднимаю взгляд выше, к лицу Бэмби. Броский макияж делает ее глаза обжигающе выразительными, а пухлые, алые губы манят, доводя до исступления.
Член настойчиво дергается в штанах. Делаю глубокий вдох и подхожу к ней.
— Бэмби, я не уверен, что мы с тобой дотянем до первой брачной ночи.
Она заливается румянцем и отводит глаза, но не отстраняется.
Достаю из кармана бархатную коробку, открываю ее и уверенным, властным движением надеваю кольцо ей на палец. Оно садится идеально.
— Ты моя, — произношу я.
Бэмби смущенно опускает глаза на сверкающий камень, а затем обрушивает на меня целый шквал вопросов о нашей будущей, семейной жизни.
Отвечаю, не сильно вникая в их суть. В голове пульсирует лишь одна, животная мысль: схватить, увезти отсюда и жестко, без церемоний, трахнуть. Но внутренний стержень, тот самый, что делает меня собой, одергивает: десерт в виде лишения ее девственности я намерен оставить на первую брачную ночь. Не хочу лишать себя этого особого, пикантного удовольствия.
Едем в «Tomorrow». Весь путь сижу в напряжении. Хочу поскорее затащить ее в номер.
Огромная территория клуба впечатляет своим безупречно продуманным дизайном и тотальной погруженностью в тематику. Демин вложил в это место сумасшедшие деньги и всю свою одержимость.
Заходим в коттедж, закрываю дверь и набрасываюсь на Бэмби как одержимый. Ее запах и вкус сводят с ума. Желание бушует, словно пожар, а разум терпит нокаут.
Прижимаюсь к сочным губам, дико сминая их в неистовом поцелуе. Языком трахаю ее язычок, сливаясь с ним в жарком танце.
Подхватываю Бэмби под ягодицы и усаживаю на край стола. Руки блуждают по ее аппетитному телу.
Член рвется наружу.
— Тема, — шепчет она. — Прекрати.
Бесполезно.
Остановить меня сейчас — все равно что пытаться затормозить локомотив на полном ходу. Шансов нет.
Собираю остатки разума по крупицам, с огромным трудом.
— Тише, тише, Бэмби. Не волнуйся. Все самое вкусное я оставлю на брачную ночь. Сейчас мы проведем небольшой тренинг на тему «Сексуальная грамотность».