— Сука! — вырывается из него сдавленный стон. — Бэмби, ты вся течешь…
Он резко отстраняет меня от себя, поворачивая спиной. Артем грубо дергает за замок платья и быстро стягивает его с плеч, роняя на пол. Следом падают бюстгальтер и трусики.
Резкий разворот, и я вновь стою лицом к нему во всей своей первозданной красе. Щеки горят огнем. В порыве смущения я закусываю нижнюю губу.
Его глаза жадно блуждают по моему телу, скользя по набухшей груди, обжигая взглядом розовые соски, затвердевшие от возбуждения, спускаются ниже…
Мои руки непроизвольно взмывают вверх в нелепой попытке прикрыться.
— Не смей! — тут же пресекает Артем. — Ты невероятно красивая, Эли.
Я замираю, завороженно всматриваясь в его дьявольски мерцающие глаза.
Он быстрым движением снимает через голову черную футболку, обнажая натренированное, рельефное тело.
Мои глаза жадно скользят по его замысловатой татуировке, тянущейся от шеи до крепкой груди, замечаю еще несколько шрамов, добавляющих ему брутальности, спускаясь к кубикам пресса и легкой растительности ниже пупка, уходящей под пояс джинсов.
Артем тянется к бляшке ремня и нетерпеливо дергает за нее.
Мое дыхание прерывается. Пульс бешено барабанит в ушах.
Рывок. Ремень расстегнут. Он резко тянет замок молнии вниз…
Я нервно сглатываю и невольно отвожу глаза в сторону, не решаясь смотреть.
— Смотри на меня! — тут же звучит его хриплый голос.
Я послушно поднимаю глаза, зачарованно наблюдая за тем, как он резким движением стягивает с себя джинсы, а следом на пол летят черные боксеры, оставляя его абсолютно нагим.
Глаза вновь скользят по красивому спортивному телу, узким бедрам, упираясь в возбужденный, налившийся кровью толстый член… И я тут же смущенно поднимаю взгляд вверх, встречаясь с его насмешливым взглядом.
— Нравлюсь? — усмехнувшись, спрашивает он. Глаза — два пылающих котла ада, готовые поглотить меня целиком, без остатка.
— Да, — шепчу я, не в силах отвести взгляд от его тела.
Он делает шаг вперед и прижимает меня к себе. Губы обрушиваются на мои с диким, первобытным напором. Язык яростно трахает мой язык, вторгаясь в мой рот в требовательном поцелуе. Руки блуждают по телу, ощупывая каждый изгиб.
Артем резко приподнимает меня под ягодицы, отрывая от земли, и, не разрывая поцелуя, движется к кровати. Аккуратно опустив на мягкий матрас, застеленный ароматной шелковой простыней, источающей тонкий запах лаванды.
Его губы скользят вдоль линии шеи, осыпая ее жаркими поцелуями, опускаясь все ниже к груди.
Обхватив круглое, упругое полушарие, он с жадностью всасывает затвердевший сосок в рот, неистово лаская его языком, покусывая и посасывая.
Я выгибаюсь в спине. Громкий вздох слетает с губ. Руки зарываются в его жесткие волосы.
Невероятное наслаждение растекается по каждой клеточке, возбуждая рецепторы. Тело требует большего — той сладкой всепоглощающей разрядки, которую он подарил мне в тот раз, заставляя улететь на седьмое небо от счастья.
Артем переключается на вторую грудь, а я нетерпеливо приподнимаю бедра. Между ног — нестерпимый жар. Хочу большего. Часто дышу, выгибаясь навстречу его рукам и губам.
— Тема, пожалуйста, — шепчу я. Тело все дрожит, как при лихорадке.
Он отрывается от меня и поднимает взгляд, встречаясь со мной глазами. В них плещется неистовое вожделение.
— Сейчас все будет, Бэмби, — отвечает он хриплым шепотом, и его пальцы проникают между моих ног, нежно лаская возбужденный клитор, растирая скопившуюся влагу.
Вскрик наслаждения — короткий неконтролируемый — вырывается с моих губ. Я закрываю глаза, полностью отдаваясь нахлынувшему блаженству, чувствуя приближающуюся сладкую грань, за которой наступает забвение.
— Бэмби, открой глаза, — звучит рык Артема. — Я хочу видеть твой взгляд, когда ты кончаешь.
Я с трудом разлепляю веки и фокусирую взгляд. Наши взгляды переплетаются. В них жгучее, всепоглощающее вожделение и дикая необузданная жажда.
Его пальцы настойчиво кружат вокруг пылающей точки, доводя до исступления. Взрыв…