— Нет. Любовь — это важно, — упрямо твержу я.
— Что это? Ты когда-нибудь любила мужчину? — нахмурив брови, спрашивает Артем.
— Я… нет, но это важно, — настаиваю я.
— Так откуда такая уверенность?
Я зависаю, не находя ответа. Как объяснить?
Я знаю о ней лишь понаслышке, из книжных страниц и кинолент, из чужих восторженных речей. Любовь… Это всепоглощающее чувство, когда жизнь другого становится дороже собственной, когда за спиной распускаются невидимые крылья, позволяющие взлететь до небес. Этот человек — твой мир, твоя вселенная, твое все. Но что это значит на деле? Пока мне это неведомо.
Я продолжаю молчать. Неловкость усиливается.
Артем нагло усмехается, видя мои терзания, а затем улыбается так, что у меня подкашиваются ноги.
— Вот видишь! И сама не знаешь. Любовь — ненадежная штука, а вот идеальная составляющая прочного союза — это обязательства, уважение, страсть.
— Не уверена, — отрешенно отвечаю я, поглощенная блеском его дерзких глаз.
— Я тебе докажу, Бэмби, — хрипло произносит он.
Он опускает голову, и его твердые губы жадно припадают к моим. Язык дико и властно врывается в рот.
Я цепенею. Дрожу. Кожу пронзает россыпь мурашек.
Это мой первый настоящий поцелуй, долгожданный и пугающий одновременно.
Артем слегка отрывается от моих губ и хрипло шепчет:
— Бэмби, не зажимайся. Расслабь свои сладкие губки… повторяй за мной, — и вновь накрывает мои дрожащие губы, толкаясь языком в рот, настойчиво требуя ответной реакции.
Я закрываю глаза и полностью отдаюсь этим безумным, совершенно новым ощущениям.
Ммм… Вкусно! Блаженство! Так сладко и пьяняще, что голова кружится.
Дыхание сбивается, становится общим — одним на двоих, сливаясь в едином ритме.
Язык Артема плавно скользит и кружится вокруг моего, затем нагло всасывает его в свой рот, дразня, соблазняя, лишая меня остатков разума.
В какой-то момент я понимаю, что не только не сопротивляюсь, но и страстно отвечаю на его неистовый поцелуй, смакуя упругие губы. Наши языки сливаются в диком, страстном танце.
Руки Артема крепче прижимают меня к себе, вдавливая в твердое, натренированное тело. Ладони скользят по спине, опускаясь все ниже — к округлым ягодицам, вызывая озноб, который пробегает до кончиков пальцев.
Мои руки в ответ обвивают его узкую талию, цепляясь, словно за спасительную опору. Если бы я отпустила их, рухнула бы навзничь.
Артем берет мою ладонь и, не давая опомниться, прижимает ее к себе между ног. Под пальцами я ощущаю твердый, пульсирующий от желания член. Инстинктивно дергаю руку, но он крепко сжимает ее, не давая вырваться.
— Бэмби, привыкай. Видишь, как я хочу тебя? И ты меня тоже, — хрипло шепчет он, оторвавшись от губ.
Мы смотрим друг другу в глаза, тяжело дыша. Во мне борются стыд и жгучее желание.
— На следующей неделе я приеду к твоему отцу и попрошу твоей руки. А дальше, как мы и договорились. Ведь так, Бэмби? — прожигая взглядом, говорит он.
Я смотрю на него, как кролик на удава, понимая, что попала в его липкие, смертельные сети.
— Да, — произношу я, едва узнавая собственный голос. — Почему Бэмби?
Он так порочно улыбается, что внизу живота ощущается легкая дрожь.
— Огромные янтарные глаза, кроткая, пугливая. Твоим взрослением я лично займусь, не сомневайся, — в его глазах пляшет откровенная похоть.
Я невольно сглатываю.
— Мне пора, — хриплым голосом произносит Артем. — До встречи, малыш.
Он наклоняется и почти невесомо касается моих горящих губ. Затем берет кружку с кофе, делает небольшой глоток и ставит обратно. Загадочно усмехнувшись, мужчина уходит.
Я стою, в полной мере осознавая, как бесповоротно попалась в его коварные сети. Внутренний голос панически вопит: «Эли, что ты наделала? Он погубит тебя!»
P.S. Дорогие мои читатели!
Если вам понравилось:
1. Ставьте звездочку.