Медленно выйдя из-за деревьев, парень показал руки, надеясь, что они поймут знак и немного успокоятся.
— От тебя разит силой богов, а на руках метки мастера. Жрец? — неожиданно осмысленно заговорил обнаженный мужчина лет сорока со все еще крепкой фигурой.
— Не совсем, но близко, — удивлено ответил Дарий. — Я не нападаю. Если вы готовы говорить — я тоже готов.
— А потом убьешь нас? Когда узнаешь все, что хочешь?
— Это зависит от того, какие цели вы преследуете. Вы напали на пастуха, убили корову. Я не могу позволить, чтобы местным людям что-то угрожало.
— Нет! — вскрикнула женщина, все еще заслоняя собой девочку. — Она не хотела, просто она еще ребенок и не справилась с собой! Пожалуйста, не убивайте мою дочь!
Все так же медленно Дарий подошел к ним. Женщина уже билась в истерике, выставив перед собой грязные обломанные ногти.
— Я не дам! Не дам убить ее!
— Успокойся, женщина! — громовым голосом осадил он ее, посмотрев на девочку. — Так это ты укусила пастуха?
— Я не хотела его превращать! — заплакала она. — Простите меня! Я не хотела!
— Я тебе верю, — кивнул он в ответ и вновь повернулся к мужчине. — Ты вожак?
— Как заметил? — Изумился оборотень. — Я ничем себя не выдал. То, что я первым с тобой заговорил — ничего не значит, вожаком мог оказаться любой из находящихся здесь мужчин.
— Чувствую инстинктивно. Можно сказать, что мне ваша ситуация достаточно близка, — хмыкнул Дарий.
— Ты не оборотень, — покачал головой вожак. — Слишком разит светом. Словно возле пожара находишься. Честно признаться, у меня поджилки трясутся от твоей близости. Умом понимаю, что в любой момент, если захочешь, ты можешь перебить нас всех, особо не напрягаясь, но инстинкт все равно велит бежать.
— Как оказалось, боги тоже любят пошутить. Присядем?
Выбрав место почище, Дарий опустился на край лиственного вороха. Остальные оборотни опасливо от него отползли. Вожак присел рядом.
— Не холодно? — спросил парень, намекая на их наготу.
— Мы привыкли. Каждый раз при превращении одежда рвется. Звери не заботятся о том, чтобы прихватить с собой вещи, если снять их заранее. В общем, так проще.
— И так, вы напали на стадо, и человек оказался укушен. Объяснишься?
— Стая бежала два дня. Мы были голодны. У меня не было выбора, кроме как отдать приказ на охоту. Здесь кто-то успел вывести большую часть дичи. — Дарий смущенно отвел глаза. В этом-то как раз был виноват он, существенно сократив поголовье травоядных животных за последние годы. — Насчет пастуха. Малышка Айри вошла в стаю недавно и еще не привыкла. Сорвалась. Этой ночью мы собирались звать новообращенного в стаю. Мы бы научили его жить, не нападая.
— Никого не нужно звать. Я очистил его, оборотнем он не станет.
— Как очистил?! — воскликнул вожак. — Это невозможно! Только боги могут простить грехи и избавить от скверны! Мы много лет живем, надеясь на их милость!
— Я очистил. — Дарий прямо посмотрел в глаза вожака. — Ты же чувствуешь ложь, верно? Наверное, это особенность любого оборотня.
— Ты говоришь правду… — вожак умолк, благоговейно таращась на своего собеседника. Даже дыхание у него стало частым и прерывистым, так напряжен он сейчас был. — А можешь… Можешь ли ты… — Он упал на колени. Следом за вожаком упали и остальные оборотни. — Помоги нам! Освободи от этого существования! Каждую ночь мы испытываем невероятную боль, превращаясь в диких кровожадных зверей! — Из глаз его лились слезы. — Никто из нас не хотел такой судьбы! Сколько бед мы натворили до того, как научились сдерживаться! Здесь женщины, крестьяне, торговец. Я — воин! Я сражался, как мог, стараясь не дать себя обратить, хотел умереть в схватке, но сам видишь — не вышло! Помоги нам, кем бы ты ни был!
Дарию стало некомфортно. Эти люди искренне мечтали освободиться от скверны, они плакали, стоя на коленях, они многое пережили, действительно страшно мучились, а сейчас от них веяло такой надеждой… Но имел ли он право решать за богов? По какой-то причине ведь они их не избавили от тьмы? Что, если он вмешается в их замыслы и что-то важное разрушит? Да и сможет ли его кровь одолеть скверну уже состоявшихся оборотней?
— Я должен подумать, — тихо проговорил он, поднимаясь. — Не ходите за мной.
Дарий медленно побрел вглубь леса. Как спросить? Кого? Реакцию Дилая на проклятых можно было предугадать без лишних раздумий. У воина всегда один ответ на вопросы, касающиеся нечисти. Риала? Когда-то она назвала его сыном. Ответит ли? Парень прижал руку к мощному древесному стволу, ощущая идущее от него тепло жизни, чувствуя движение энергии вверх и вниз. Он закрыл глаза.