Сдерживая смех, я бросился в атаку.
По палаткам нас загнали пораньше — завтра вроде бы что-то серьезное планируется, так что я решил не тянуть кота за известный орган и отоспаться как следует. Погружаясь в сон, заметил, как Гурий с широко открытыми глазами что-то бормочет. Может, он и правда… того?
***
Погода на следующий день вышла, мягко говоря, неприятная. Темные тучи, низко висящие над землей, и сильный ветер. К тому же вчера мы пересекли некую черту и из леса вышли на скалистое плато. Так что атмосфера была — гнетущая. Но с начальством не поспоришь, и рано-рано утром мы как миленькие стояли в строю и слушали инструктаж.
Оказывается, все было очень серьезно — наш слегка двинутый лидер намеревался воспользоваться артефактом Хранителя и призвать его дружка-товарища. Не знаю, почему он так уверен, что этот амулет призывной, а не создает мощный бабах, но, так или иначе, он еще и безумную штуку вздумал провернуть.
Сразиться с Хранителем один на один.
А точнее, сойтись с ним в отвлекающем поединке, в то время как остальная рота в крысу окружит его и по сигналу атакует магией со всех сторон. Нам даже одноразовые кольца выдали специальные — из тех, что штампуют одно-единственное заклинание. Даррис решил ударить по врагу «Речными молниями». Речная молния — довольно энергозатратное заклинание, бьющее желтоватой молнией в намеченную цель беспрерывным потоком. Шарахнуть сразу тридцатью такими в лицо, бока и спину даже Хранителя — очень серьезно. Обычный среднестатистический человек и от одной в пепел превратится. А эти еще и усилены кольцами…
В общем, да. Наша цель — просто спрятаться в многочисленных расщелинах, дождаться сигнала и шарахнуть по Хранителю «Молнией». А потом импровизировать, на случай, если враг не погибнет. Вот сейчас нам все это и объяснили и набросили на всех заклинание «Эфирного Сокрытия». Еще одна дорогостоящая хреновина, скрывающая нашу энергию от энергетического зрения. В общем, подготовились мы основательно.
Все попрятались, осторожно наблюдая за Даррисом. Пора приступать.
Даррис поднял амулет высоко над головой и что-то проговорил. Камень, вправленный в амулет, засиял ярко-ярко… тучи на небе закрутились в спираль, поблескивая темно-фиолетовыми всполохами…
Не знаю, было ли такое светопреставление во время боя с Радием так как мы были под крышей, но смотрелось эффектно.
Особенно, когда из центра тучевой завитушки вниз устремился пурпурный луч света. Уши заложило от ветра, начал накрапывать дождь.
Ударив о землю шагах в ста от Дарриса, луч распался на лоскуты и исчез, оставив над землей висеть облако пыли. Сначала думалось, что это каменная крошка, но потом стало ясно, что это Тьма. Однако и темные эманации стянулись в точку и пропали. На их месте стоял рыцарь.
Высокий, под три метра, поджарый, в легкой, но прочной одежде, закрепленной листовидными наплечниками и воротником. Широкий плащ, ниспадающий с плеч и стелящийся туманом по холодным мокрым камням. Шлем, будто выкованный из тьмы, обрамленный хищными гребнями. Мрак, жидким дымом струящийся из Т-образной щели для глаз. Широкий меч, устремленный лезвием вниз, касающийся кончиком камней между ногами воина. Ладони с когтистыми пальцами, покоящиеся на эфесе.
Хранитель Энлирион.
Кажется, я так давно видел его, да и то в магическом видении — и все равно такие знакомые, легко узнаваемые мрачные черты впиваются в мозг, глубоко заседая в памяти…
Кажется, Даррис что-то крикнул ему, но порыв ветра заглушил его слова. Хранитель в ответ чуть склонил голову.
И грянул гром!
Сливаясь с молнией, Даррис метнулся к Энлириону в умопомрачительном рывке. Неясно откуда в его руках появились два оружия — одноручная секира в левой и длинный меч в правой. Вихрем он закружился вокруг врага.
И спустя несколько секунд отлетел назад, пропахав ногами борозду в земле. Посыпалась каменная крошка от того, что секира, вылетевшая из рук лидера, вонзилась в скалу.
— Меч против меча. — прозвучал, перекрывая бурю, голос Энлириона. Голос, звучащий отголосками тысячи голосов, в каждом из которых слышался вес прожитых столетий.
— Понял тебя, Хранитель, — в этот раз и Дарриса было слышно. — Прошу прощения за секиру.
И вновь они сошлись в стремительном поединке.
— Ух ты, Гурий, смотри как они дерутся! Будто танцуют! — восхищенно прошептал Роб.
— Нет, они точно не танцуют, — покачал головой Гурий. — скорее… будто математический алгоритм выполняют.
Приглядевшись к смертельному смерчу клинков, я признал его правоту. Каждое их движение было простым и четко рассчитанным, противники не тратили ни капли лишней силы, не делали лишних движений и вообще делали все максимально рационально.
Также на ум пришли ассоциации. Будто молодой сильный орел борется с старым и опытным вороном. Да, именно так и выглядел этот головокружительный поединок.
Вдруг что-то сверкнуло стальным блеском, и золотистая молния, кружащаяся вокруг темного пятна, сбилась с ритма. Прочертив в воздухе огненную полосу, Даррис врезался спиной в небольшую скалу, возвышающуюся над полем боя. Хрипя, упал на землю, и подняться на ноги смог только через несколько секунд. Подняв меч и вытерев рукавом кровь с губ, он проговорил:
— Ну держись!
Следом за тем, он сделал выпад в сторону Хранителя — и с меча сорвался золотой луч, ударивший в Энлириона. В последний момент тот успел вытянуть ладонь и теперь будто упирался рукой в другой конец столба света. Было видно, что луч серьезной мощи и даже Хранителю нелегко сдерживать его. Но вот — Энлирион медленно выпрямлялся, поднимая руку и вынуждая Дарриса поднимать выше меч. Еще немного — и мощнейшее заклинание будет уничтожено…
Если бы не тот факт, что меч Дарриса разлетелся осколками, которые тут же ринулись внутри луча прямо в раскрытую ладонь Хранителя.
Луч испарился. Энлирион отшатнулся назад, глядя на ладонь, пронзенную несколькими длинными и очень острыми осколками. Сжав кулак, вспыхнувший фиолетовым пламенем, он тут же избавился от этой помехи.
Но у Дарриса в этот момент прямо на том месте, где только что было лезвие, вспыхнула молния и, завертевшись волчком, он взмыл высоко в воздух, обрушиваясь на потерявшего инициативу Хранителя…
И застыл в воздухе. Как и капли, до этого мириадами устремлявшихся к земле. Как листья, гонимые ветром. Как и все, в радиусе двадцати метров от темного мага, кроме… самого Хранителя.
Так продолжалось недолго — перед Энлирионом сгустился фиолетовый сгусток, спустя мгновение ударивший в грудь Даррису. Время тотчас же продолжило свой бег, и лидер Ордена снова врезался в ту же скалу.
И снова поднялся на ноги. Поглотив почти одну десятую эссенции Радия он явно очень сильно вырос в мощи. Злобно рыкнув, он пустил «Речные молнии» с обеих рук в Хранителя. Обе молнии уперлись в сферический щит фиолетовой энергии.
— Сейчас! — выкрикнул он.
И тут же по щиту Энлириона ударили тридцать с чем-то усиленный молний. Сфера съежилась вдвое, Хранитель внутри явно не ожидал такого напора и теперь стремительно терял силы.
Шаг — Даррис приблизился к пурпурной сфере.
Шаг — и еще.
Шаг — и еще.
И еще, и еще!
И вот — Даррис стоит прямо перед щитом-сферой. Молнии перестали слетать с его рук, но не погасли. Опутывая его кулак, они становились перчаткой. И он что есть силы ударил этим молниевым кулаком по щиту.
Всплеск энергии прервал все наши Речные молнии и поднял пыль с земли. Когда та улеглась, я увидел, пожалуй, самую необычную картину в своей жизни.
Энлирион, Первый (насколько я понял) Хранитель, величайший маг всех времен, безрезультатно пытался подняться на ноги. Он лежал на спине, рваный плащ разметался по мокрым камням…
А Даррис подходил к нему, вытянув руку, на которой загоралась очередная руна заклинания. Вспыхнул громовой клинок, полноценная замена мечу. Лидер занес меч…