— Тебе бы одежду пошить, нельзя же все время ходить в этом платье, — предложила Тея.
— Это все Вик, — настроения у меня сразу поубавилось.
— У нас с тобой примерно одна комплекция, — заметила Ката. — Я немного похудела, так что кое-какая одежда стала мне велика. Давай я тебе одолжу что-то на первое время, а потом сделаешь заказ на одежду.
Я сразу обозначила, что в моем гардеробе не будет больше никаких коротких платьев. Тогда мне пообещали достать простые чёрные облегающие штаны, майку и куртку. Но, когда я попросила выделить хоть что-то в другой цветовой палитре, то получила достаточно грубый отказ. Тут одевались только как на похороны. Когда я открыла глаза на следующий день, солнце еще даже не взошло. Вставать с рассветом до войны казалось чем-то тяжелым и почти невыполнимым. Я помню, как с трудом отковыривала себя с кровати сначала в школу, потом в университет, затем на работу. Теперь же я не могла спать много, даже если это позволяло время. С началом войны пришел страх, что, пока я вижу сны, в реальности может произойти нечто ужасное. А после того, как на нашу базу проникла та девушка, мои кошмары воплотились в жизнь. С тех самых пор я всегда открывала глаза до рассвета.
Время было раннее, и я не знала, чем себя занять. Никаких распоряжений мне не дали, никто меня не искал, а раз дел все равно не было, я решила размяться. Конечно, было бы куда лучше, дай я себе пару дней на то, чтобы зализать раны. Но, в таком месте как это, расслабляться было страшно. Моя жизнь тут напрямую зависела от уровня физической подготовки.
Когда я только вышла на улицу, порыв холодного ветра лизнул мои щиколотки. Вдали, у самых крон деревьев, медленно начинали выплывать первые солнечные лучи. Земля осветилась призрачно желтым оттенком и теперь можно было увидеть, как от остывшей за ночь почвы медленно поднимался пар, превращаясь в молочную дымку тумана. Я поежилась и сильнее укуталась в толстовку Вика, накинутую на черное платье — единственный целый предмет моего гардероба.
Тренировочная площадка была еще пуста. На металлических брусьях турников собирались капельки влаги, которые медленно, минута за минутой, падали вниз, ударяясь о высокие побеги еще зеленой травы. Я протерла все необходимое мне оборудование рукавами от толстовки, а затем закатала их до самого локтя, чтобы они не мешали движениям. Спустя пятнадцать минут тренировки мне удалось смириться с тем, что заниматься приходилось в коротком платье. Это не так сложно, когда ты совсем один и тебя никто не видит. Но вот с чем свыкнуться становилось действительно тяжело, так это с ноющей болью на месте ранения, которая становилась только больше с каждой прошедшей минутой.
Спустя два часа народу на площадке прибавилось. Сначала вдалеке появились две девушки, совершавшие утреннюю пробежку. Они остановились у тренажеров, чтобы перевести дыхание, но потом, завидев мои потуги на мокрых поручнях, помедлили с возобновлением бега. Затем подошла группа молодых парней. Они, было, начали заниматься на тренажерах, но как-то через чур медленно и лениво, все чаще поглядывая в мою сторону. Я машинально одернула подол своего платья и еще сильнее укуталась в толстовку Вика.
Вдруг среди толпы я разглядела уже знакомую рыжую шевелюру, она стремительно направлялась в мою сторону. Марк, как ни в чем небывало, поднялся на площадку, коротко кивнул мне в знак приветствия, стянул с себя рубашку и принялся подкачиваться на турниках. Кажется, что люди, окружающие меня со всех сторон, удивились фривольному поведению Марка не меньше меня.
— Не обращай на них внимания, — шепнул мне парень, когда соскочил с тренажера. — Они просто хотят понять, на что ты способна. Так что не останавливайся и продолжал заниматься.
— Цирк, да и только, — фыркнула я себе под нос.
Марк еще раз бросил долгий взгляд на толпу, а потом протянул мне маленькое махровое полотенце, чтобы я вытерла им лицо. К тому моменту мои волосы уже начали прилипать к раскрасневшимся щекам и пересохшим губам.
Надо было заканчивать представление, и я уже стала думать, как бы эффектнее это сделать, как вдруг из толпы раздался выкрик.
— Эл! Марк! Вот вы где!
— Кажется, Тея нас таки нашли, — улыбнулся Марк.
Через минуту из толпы зевак вынырнула небольшая фигурка моей новой знакомой. Она выпрямилась, когда подходила к нам, и аккуратно заправила передние пряди за ухо. Руки девушки были сложены на поясе, а голова чуть приподнята вверх, и только горящие щеки, а также бегающие в разные стороны глаза выдавали ее волнение.