- Вот смотрю на тебя и думаю, что ты как клоп, кусаешься и воняешь! Был бы я лет на 10 моложе, дал бы тебе в рожу. Кулаки так и чешутся, прям вижу, как с левой в твой прищуренный глаз бью. – возмущённо, но как-то беззлобно высказался Сидорович, и с любопытством посмотрел на свои ладони. Я был просто ошарашен, оказывается часть моих переживаний, а возможно и воспоминаний, передаются тому в чей разум я вторгаюсь. Брательник молча смотрел на меня, очевидно сообразил, что это побочный эффект моих действий, а значит и разруливать эту из ряда вон выходящую ситуацию предстояло мне. Времени на изучение феноменального обмена памятью у нас просто не было, поэтому я решил не заострять на этом внимания.
- Давайте поедим, а потом вы оба узнаете нечто очень важное. – этими словами я попытался заинтриговать торгаша и отвлечь его от самоанализа, не имея нужной информации, он мог сделать ошибочные выводы и занять оборонительную позицию. Моя уловка сработала – Сидорович и Володя буквально проглотили свои бутерброды и с нетерпением уставились на меня.
Тихая вибрация моего КПК известила о пришедшем сообщении. Оно было коротким. Отставив в сторону недопитый чай, я обратился к замершим в ожидании собеседникам:
- Через несколько минут здесь будут бойцы из «Чистого Неба», уверен, им следует услышать всё то, что я хочу сказать вам. Всех нас объединяет общая цель, поэтому сегодня они, вместе со мной и Соболем, будут рисковать жизнями ради её достижения. Давайте их подождём, и уже тогда я всё расскажу.
- Не нравиться мне это! – вдруг занервничал торгаш. – Чем больше людей владеют информацией, тем вероятнее её разглашение. Если твои сведения касаются моих интересов, то я против осведомления посторонних! Забирайте своё барахло и уходите! За пределами моего бункера можете делать всё что захотите, а здесь я устанавливаю правила!
Возможно, перепады настроения у барыги были последствием моего проникновения в его сознание, но разбираться в этом сейчас не было ни возможности, ни желания. В таком состоянии он мог помешать предстоящей операции, поэтому я решил с ним особо не церемониться.
- Когда ты всё узнаешь, то поймёшь, что иначе я поступить просто не мог. Володя, держи его на прицеле и не позволяй делать лишних движений.
Получив прошлой ночью автомат от барыги, сталкер не выпускал это оружие из рук, и теперь с готовность исполнил мой приказ.
- Мужики, я вам не враг, можете делать всё, что считаете нужным, но меня в это не впутывайте. Давайте я посижу у себя в комнате, а вы решайте свои вопросы. Когда соберётесь уходить – постучите. – спокойно сказал Сидорович, всем своим видом демонстрируя безразличие к происходящему. Резкий переход от недовольства к лояльности вызывал сомнение в искренности сказанного, а капли пота проступившие на бледном лице, утвердили меня в том, что он задумал какую-то пакость. Природная подозрительность, помогавшая ему выживать много лет, взяла верх над внушённым мной доверием.
- Сидор, ты не глупый мужик, сказано тебе сидеть и слушать, значит сиди и слушай! Я уже начал тебя малость уважать, но если будешь дёргаться, пристрелю без раздумий! – пригрозил Володька, избавив меня от необходимости делать это самому.
Повисла гнетущая тишина, я обдумывал как правильно донести до барыги общность наших интересов, брат молча выполнял роль надзирателя, ну а хозяин лавочки от злости скрипел зубами, и поглядывал на нас с ненавистью, но говорить ничего не пытался. Из динамика у двери раздался стук, подтвердив моё предположение – на выходе из бункера установлен микрофон. Кстати, из воспоминаний Сидоровича я узнал, что вчера он подслушал Володьку, когда мы сидели на лестнице, но меня не смог.
Поднявшись по ступеням, я открыл засов и впустил присланных Лебедевым людей, это были уже знакомые мне сталкеры: Ляда, Секач, Каланча, и оправившийся после лёгкого ранения Штык. По моей просьбе они забрали из «Hummera» всё что там было. На моё счастье, Иванцов унёс с собой в «Жарку» злосчастный журнал, из-за которого чуть не погиб мой брат, и о раскрытии секрета моей внешности в ближайшее время можно было не беспокоиться. Пожав всем руку, я запер наружную дверь и провёл чистонебовцев в глубь бункера. С любопытством поглядывая на сидящего под стражей барыгу, вновь прибывшие расселись на пустых ящиках. Не откладывая важный разговор, тщательно подбирая слова, я начал излагать свои мысли:
- Сидорович, сейчас мне нельзя раскрывать источник информации, и многое, из сказанного мной, тебе придётся принять на веру. Не перебивай меня, просто выслушай до конца и обдумай услышанное. А вы, мужики, - уточнил я обернувшись к остальным присутствующим, - вникайте – вам нужно знать с кем предстоит иметь дело. С тех пор как ты стал здесь торговать, контроль хозяев Зоны тебя раздражал всё сильнее, тебе хотелось действовать самостоятельно, без приказов с чьей бы то ни было стороны. Если подумаешь, как следует, то поймёшь, что первые зёрна недовольства в тебе посеял некий могущественный покровитель, имени которого ты и по сей день не знаешь. Именно он предоставил тебе этот бункер и пообещал защиту и помощь, в обмен на сохранение тайны о вентиляционной шахте, которую маскирует твоя торговая точка. Сопоставив некоторые известные мне факты, я могу уверенно сказать, что знаю имя этого человека, а также то, что принимая активное участие в разработке проекта «О-Сознание», сам он не занял место среди тех, кто подключился к ноосфере, хотя мог это сделать на правах полноправного участника. Хочу заострить внимание на вопросе: Почему он так поступил?