За время подготовки Ремиз неоднократно предпринимал попытки поговорить с Моэрой по душам, но всякий раз наталкивался на стену холодного равнодушия. А для пущего эффекта на горизонте всегда появлялись братья-близнецы с очень многообещающими взглядами. Не то что бы лис сильно опасался братьев, но и связываться лишний раз не хотел. Коты вообще никак не комментировали сложившуюся ситуацию. Просто без вопросов и разговоров ненавязчиво были рядом. Лишь однажды, когда Ремиз всерьез вспылил и пытался на повышенных тонах втолковать братьям, что намеренья у него самые серьезные Рем и Ром ответили ему, что личная жизнь мамы их не касается, но обижать ее они не позволят никому, а «мама» плакала, после общения с ним. Ремиз тогда, помнится, ругнулся и ушел, а Моэра прониклась еще большей симпатией к своим «котятам».
Клим тоже несколько раз пытался поговорить с девушкой, но также, как и лис не преуспел. Почти каждый день девушка находила под дверью в свою комнату букеты цветов, блюда с фруктами… Даже несколько раз книги. К презентам прилагались записки, преимущественно от Ремиза, в которых он просил прощения и уверял, что никогда не женится на ней если она против, что всегда будет спрашивать ее мнение и прочее в таком же духе. Но все это было не то… Да, Моэра скучала по нему, по прогулкам по лесу, по поцелуям… Но желания вернуть эти отношения в себе не находила.
Клим в записках был более чем лаконичен: «Прости меня.» «Поговори со мной.» «Объясни на что ты обиделась!» Но Моэра и себе-то не могла объяснить, чем именно провинился перед ней Клим. Он вроде как свое общество ей не навязывал. Совсем. И о своей симпатии предпочел молчать. Однако, желания с ним общаться не было так же, как и с Ремизом. Поэтому букеты цветов, оставались в коридоре, а фрукты ели «котятки». Не пропадать же добру.
Путь во дворец царя земельников, где планировалось торжество, прошел без приключений. Даже если и были на пути следования разбойничьи засады, вид вооруженных представителей «Звериной силы» отбивал любое желание связываться с небольшим отрядом.
Когда вид за окошком кареты изменился с привычного леса на бескрайние поля и луга, Моэра не особо удивилась. Потому как после прочтения книг о мироустройстве, ожидала чего-то подобного. И все же от открывшихся просторов захватывало дух. Но самое большое впечатление на девушку произвел дворец. Высокая крепостная стена, сплошь увитая диким плющом, с виднеющимися на нем довольно таки большими бутонами. Как объяснил потом Кир, это были не просто цветочки. Когда бутоны разворачивались в воздух поднимались целые облака пыльцы и того, кто имел неосторожность вдохнуть эту пыльцу настигал приступ неконтролируемого веселья. И до момента принятия противоядия, вдохнувший продолжал веселиться. Были зафиксированы даже летальные случаи. Фраза: «Умереть со смеху» теперь перестала быть для Моэры чем-то метафорическим. Неплохое такое противоосадное орудие получилось. Благо что в мирное время, маги земли следили за тем что б цветы находились в состоянии спячки.
Сам же дворец казался чем-то средним между живым деревом и каменным строением. Но не смотря на такую разницу материалов их переплетение между собой выглядело на диво гармонично. На самом же деле дворец целиком выстроен из белого камня, но из-за оплетшего его винограда и растущих почти у самых стен деревьев создавалось ощущение единения камня и дерева.
Стоя перед зеркалом в покоях, выделенных ей во дворце, Моэра наводила последние штрихи своего образа, под бесконечную болтовню Миры, крутящейся рядом и перебирала в голове все нормы местного этикета, дабы не забыть, чего и ненароком не оскорбить кого-нибудь.
– Я так за нее рада! Они, как только встретились сразу влюбились! – фенек сгорала от нетерпения, желая поздравить старинную подругу. – Ты не представляешь! Она мне все уши прожужжала этим царевичем… Я уж думала не помутилась ли она умом… Но даже когда нас похитили она вспоминала о нем… И только первое время мечтала, что б он нас спас… Потом просто молилась Великому, что б тот помог царевичу полюбить снова и быть счастливым… тогда я поняла, что принцесса влюбилась всерьез…
– И что, думаешь прям вот так серьезно и на всю жизнь? А царевич что? Тоже влюблен? – уточнила Моэра, когда лисица остановилась перевести дух.
– Ты знаешь… – Мира перешла на заговорщицкий щепок, приблизившись к кошке. – Мне принцесса говорила, что у него через неделю их знакомства любовная метка появилась… В виде капельки, представляешь!