Но один всё же последовал:
— А семьи?
— Для каждой из семей необходимо и достаточно, чтобы имелся лишь один организм с действительной частью 0,5 и мнимой 0,5. Для одной семьи это Петя, для другой — Коля, — ответила Нона, немного подумала и добавила, чтобы уже окончательно закрыть тему: — Если же два организма не набирают в сумме необходимого местной управляющей матрице действительного и мнимого состава, то требуется дополнительные организмы, то есть рабочие-вахтовики со своими семьями.
Вейзель несколько раз хлопнул в ладоши, показывая всем, что он крайне доволен таким чётким и определённым ответом. Затем он вспомнил о забытом коте, который всё это время продолжал методически исследовать округу:
— Так, а где наш кот? Давайте-ка посмотрим, что он нам навыхаживал?
Все взоры устремились на классную доску. На ней траектории похождений кота практически слились в одно сплошное поле разнообразных линий. Казалось, что кот хаотически ходил по разным направлениям, не подчиняясь никаким законам. Однако закон всё-таки проглядывался. Все линии не заходили за некую границу, которая, очевидно, очерчивала владения этого кота.
Некоторое время поизучав получившуюся сеть, Вейзель вдруг сказал, обращаясь к коту, «Спасибо!», и кот, совсем по-человечески помахав студентам на прощание лапой, поднял хвост трубой и умчался куда- то за ту самую классную доску.
— Вот теперь мы с вами не видим нашего кота. Он ушёл, — принялся комментировать ситуацию Вейзель. — Но у нас осталась карта его траекторий. Что можно по ней сказать? Пожалуйста, Настя!
Настя не ожидала такого вопроса. Она медленно встала, пытаясь собраться с мыслями. Мысли не приходили, а, напротив, путались, как те самые линии, которыми хаживал чёрный котище. Девушка уже было хотела отказаться от ответа, но, машинально взглянув в сторону Ноны, увидела лицо, приготовившееся насладиться провалом конкурентки. Настя собрала всю волю в кулак — воля пищала и извивалась, но девушка сжимала её сильнее и сильнее.
— Если в нашем распоряжении… окажется такая картинка… то есть картинка с траекториями… или треками… некоторого организма… кота… то мы сможет утверждать только о том… — несколько неуверенно начала Настя, но потом снова взглянула в сторону Ноны и продолжила уже гораздо более уверенно: — что вероятность нахождения кота в очерченной им самим области равна единице. А в какой именно точке этой области в данный момент находится кот, мы узнать не сможем. Получается, что кот равномерно размазан по всей области своих владений. Если эту область мы разделим, допустим, на десять частей, то в каждой из них кот будет находиться реально с вероятностью 0,1 и мнимо с вероятностью 0,9. Чем больше будет частей, тем выше значение мнимой доли в составе нашего кота. И при бесконечном количестве фрагментов области можно сказать, что кота в ней вообще не существует.
— Интересно…, - протянул профессор Вейзель. — Кот, вроде, есть, но его, вроде, нет…
— Что-то мы засиделись в аудитории, коллега. Есть кот, нет кота — это теперь не важно. Мы с вами знаем много других мнимых организмов, — сказал старец Кулик. — Стоит только обратиться к опыту истории.
— Вы это о чём? — лукаво улыбаясь, ответил Вейзель.
— Да, вот, например, наш давний друг — древний мудрец Платон. Давайте с ним поговорим насчёт мнимых организмов в истории.
Признание Платона
Афины — древний город, названный именем могущественного змея Описа. Около семи тысяч лет тому назад он поселился в Аттике, а его сёстры змея У па и змея Уфа до сих пор живут на Руси. Владения змеи Упы раскинулись в Тульском крае, а владения змеи Уфы — в западных отрогах Уральских гор. В наши дни эти две великие змеи превратились в реки и стали невидимыми для человека. А змей Опис — двухголовый змей Ра — спрятался в пещере, расположенной под самым центром Афин, глубоко под поверхностью Земли, в недрах парка Педион ту Ареос.
Со времени, когда Греция была русской Пеласги- ей, и до сих пор змей Опис добросовестно поддерживает некогда просвещённую древнерусскую землю, ставшую теперь семитской Грецией. Ушедши под землю, перестал змей Опис следить за соблюдением закона на поверхности. И потянули из Греции свои лживые побеги невнятные греческие мифы.
Афины встретили студентов жарким полуденным солнцем. Оно разогревало металлические части так, как будто готовило их для последующей ковки. И только камень, покрывавший улицы и стены домов, оставался по-змеиному холодным.
Студенты прислушались и удивились, действительно, вроде как со стороны горы и сейчас слышится еле уловимый отзвук наковальни. Пройдя несколько шагов в направлении звука, они увидели беловолосого старца, сидящего на криво-сколоченном деревянном стульчике.