- Хорошо.
- И как ты добралась, не зная пути? – продолжала допрос Константина. Таня, посмотрев на Игнатию, беззвучно спросила: «К чему эти вопросы, не всё ли равно?» Игнатия лишь пожала плечами.
- По дороге остановила проезжающую машину. Меня довезли, - спокойно ответила Таня, не останавливаясь на подробностях.
- Как себя чувствует Леонтия?
- Хорошо, доктор сказал, что она скоро встанет.
- Это он тебя перевязал? - не унималась Константина, указывая на перевязанную руку.
- Да.
- И сколько ты заплатила?
- Он не взял с меня денег, - коротко ответила Таня.
Константина замолчала. Таня, видя её озадаченное лицо, понимала, что та думала о репутации монастыря: не взял, потому что догадался, что Таня монастырская, или просто потому, что приличный человек?!
Мыслимый монолог прервала Силуана, которая подошла с тарелкой, говоря:
- Матушка, я вам на обед котлетки картофельные пожарила. Благословите дать парочку Танюше для подкрепления сил?
Таня изумленно посмотрела на Силуану, не понимая, с чего ей пришла такая мысль. Только этого не хватало! Таня положила ложку из левой руки на стол, исподлобья посмотрев на Игнатию с немым вопросом: «Убежать или поругаться?» Но глаза Игнатии ответили: «Лучше скушай, всем будет спокойнее». Ну уж нет! Возмущаться извечно игуменским столом, чтобы самой кушать с него? Ну уж дудки!
- Я не хочу больше есть! – громко произнесла Таня.
Константина посмеивалась, смотря на взволнованную Таню, прекрасно понимая её состояние, но ничего не сказала. Силуана по жесту Константины ушла.
- Чем мне сегодня заниматься? – спросила Таня, уходя от неприятного разговора.
- Я думаю, тебе надо отдохнуть, - нерешительно сказала Игнатия, смотря на игуменью, ожидая её решения. Вместо ответа Константина спросила:
- Где ты провела сегодняшнюю ночь?
- Пока мы поговорили с Леонтией, было уже поздно. Доктор сказал переночевать в больнице.
Константина вновь задумалась: то ли она не доверяла, то ли догадывалась, что Таня не до конца откровенна. Хотя понимала, что такие чистые глаза не могут лгать. Игуменья была озадаченна.
- Иди отдыхай. А завтра в швейную, - коротко сказала Константина и вышла из трапезной.
Таня с облегчением вздохнула. Целый день свободный! Надо поговорить с батюшкой и Таня, наспех вымыв тарелку, полетела к знакомому домику. Быстро поднявшись по ступенькам, Таня постучалась, из домика раздался знакомый голос:
- Заходи, Танюша.
Таня вошла. Отец сидел в своём креслице и пил чай. Таня была рада вновь увидеть батюшку.
- Что, путешественница добралась и до меня, наконец? – с улыбкой обратился отец. Таня улыбнулась в ответ и сказала:
- Вы же знаете, что я не могла поступить по-другому.
И Таня рассказала о своей поездке со всеми подробностями. Однако это было лишь предисловие, которое хотелось поскорее пропустить. Её мучил другой вопрос:
- Отец Алексей, знаете, хотя я и смогла приободрить Леонтию, я совсем не уверенна в тех словах, которые ей говорила…
- Ты противоречишь сама себе, - произнёс батюшка, видя, как нелегко Тане передать то, что она чувствует, - если ты убедила, значит, в тот момент ты сама была искренне уверена в том, что говорила. Но сейчас у тебя есть сомнения. Какие?
- Да, - вздохнув, согласилась Таня. - Я не понимаю, почему всё это произошло с Леонтией? Она ведь уже покаялась в содеянном. Вы сами видели, какой она стала доброй и тут такое. Почему?
- А что ты сказала Леонтии?
- Что, если бы она не успела покаяться, может быть, она и погибла бы. Если есть время, значит, нужно сделать больше того, что сделано.
- Справедливо, - заключил батюшка. - Вот что можно добавить к твоим словам. Мы часто ждём Божьей помощи немедленно, хотя сами к добродетели идём годами. Нужно понять одно: то, что мы сейчас имеем это результат прошлого, соответственно, то, как мы живём сейчас, отразиться в будущем. Поэтому то, что случилось с Леонтией закономерность ещё недавней её жизни и ты права, что всё у неё будет хорошо потому, что она стала действительно добрым человеком. Для неё это очень много. Доброта – великое дело в человеческой жизни. В ней и сострадание, и теплота, и любовь. К тому же, посмотри шире на случившееся. Возможно, ей нужно было, чтобы случилось то, что произошло, чтобы она поняла что-то, что она не сможет осознать без соответствующих условий. А вот чтό она должна была понять, мы, возможно, узнаем, если, конечно, мои предположения верны.
Таня не поняла, что сказал отец, решив обдумать сказанное позже, задумчиво спросила: