Спустя полчаса наша коляска въехала в город, и мы запетляли среди полупустых улочек. Было интересно, куда мы едем, но спрашивать не стала. Лишь старалась запомнить дорогу. Проехали мы совсем немного и остановились у крохотного здания с маленьким куполом наверху. В таких строениях обитают жрецы.
Через дорогу виднелся высокий забор, за которым стояло крепкое двухэтажное здание темного цвета. От его вида мне стало не по себе, и я спросила:
– Что это за дом?
– Здесь живут люди с покалеченными душами, – тихо ответил Грэг, помогая мне спуститься.
Я поежилась и заозиралась по сторонам. Даже показалось, что я заметила движение в темноте у стены. Встала чуть ближе к Грэгу. Словно чувствуя мой страх, он сказал:
– Нам не туда.
Он взял меня за руку, и мы направились к домику жреца. Два негромких удара в обитую железом дверь, и мы замерли, ожидая ответа. Вскоре она приоткрылась, и нас ослепил яркий свет лампы.
– Чего хотели? – спросил недовольный голос.
– Заключить союз, – твердо сказал Грэг и протянул жрецу пару монет.
Снова раздалось бурчание, но дверь нам открыли. Мы прошли в помещение, которое занимало всю площадь дома.
Посреди комнаты стояла низкая широкая чаша. В ней ярко полыхал дарующий огонь. Вокруг лежали ковры и подушки. Я заозиралась по сторонам. Стены расписаны кроваво-красным цветом, на них висели непонятные мне амулеты, деревянные и железные бусы. Потолок уходил в купол, в блестящих стенках которого отражался огонь. Мне здесь не нравилось. С трудом подавила острое желание поскорее уйти. Чтобы отвлечься, начала рассматривать жреца.
Низкого роста мужчина был полноват, отчего его желтый балахон сидел на нем едва ли не в обтяжку. На вид лет сорок, но тяжелое одутловатое лицо делало его старше. Лысая голова была ничем не покрыта, и порой на ней мелькали отблески огня.
– Не могли найти время поудобнее, – нелюбезно проговорил он скрипучим голосом.
– Так вышло, – спокойно ответил Грэг. – Нам нужно разорвать связь душ и изменить тип союза.
Редкие брови жреца удивленно поползли вверх, он с интересом посмотрел на нас. Любопытство победило, и он уже более приветливо спросил:
– Даами, значит? Нечасто нынче встретишь. Садитесь.
Мы послушно уселись рядом с чашей и по просьбе протянули ему руки. Я видела, как напрягся Грэг. Мне тоже стало страшно. Жрец ведь узнает, что со мной не все так просто. Он прикрыл глаза и замер. Мое сердце билось как бешеное. Секунда, вторая… Жрец резко распахнул веки и отбросил наши руки. Его брезгливый взгляд устремился на меня. Он уже открыл рот, чтобы возмутиться, но его опередил Грэг. Рядом со жрецом упал увесистый звонкий мешочек.
– Плата за ваше понимание и молчание.
Взгляды мужчин сцепились. Мне же оставалось скрестить пальчики и ждать. Желание наживы взяло верх над жрецом, и, поджав губы, он снова протянул мне руку.
– Покажи печать.
Нехотя оголила рисунок. Жрец хмыкнул.
– Придется сначала стереть.
Не дожидаясь ответа, он приложил два пальца к месту моей полунарисованной печати. Я всегда аккуратно мылась, опасаясь ее испортить. Зря. Краска Арлакана была стойкой и держалась на совесть. От пальцев жреца повеяло жаром, по бокам заплясали маленькие огоньки. Стало нестерпимо больно, но я лишь закусила губу. Думала, уже не выдержу, но жрец убрал пальцы, и на коже остался едва заметный след символа даами.
– Какой союз выбрали? – спросил он.
– Хаави, – недовольно буркнул Грэг.
Жрец весело хмыкнул, снова схватил нас за руки и опустил их в чашу с огнем. Боль горящими жилами растеклась по телу. Казалось, от меня отрывают кусок плоти. Не сдержалась и застонала. Хотелось вырвать руку, но ее держали крепко. Пара колючих слезинок пробежала по щекам, и я сильнее сцепила зубы.
Закончилось все так же резко, как и началось. У меня сдавило грудь, и я не могла сделать глубокий вдох. Дышала часто и поверхностно, мечтая поскорее отсюда убраться.
– Вот и все, – сказал жрец и посмотрел на нас с нескрываемым интересом.
Глянула на свою руку и разглядела четкий рисунок нового союза – хаави – треугольник с двумя вертикальными линиями. Видимо, если без привязки душ, то с яркостью нет проблем. Не в силах больше тут находиться я подскочила и, вежливо кивнув жрецу, направилась к выходу. Мне нужно на воздух: я здесь задохнусь. Уже на пороге услышала слова жреца, адресованные Грэгу:
– Тебе давно следовало разорвать такой союз.
Что ответил Грэг, я не разобрала. Прислонилась спиной к холодному камню внешней стены здания, часто дыша. Больше никогда не позволю трогать свою душу. Слишком больно. Рядом раздался стук закрываемой двери, и моего плеча коснулся Грэг.