Возмущенно откинула руку и, оттолкнув мужчину, быстро встала. Что на него нашло? С чего он решил, что имеет право меня лапать?
– Это «нет»? – лениво произнес он, вставая и осматривая меня сверху вниз.
Ох, как же в этот момент я скучала по своему прежнему росту да каблукам повыше. Чтобы выпрямиться, вскинуть подбородок и окатить его презрительным взглядом. Сейчас же мне оставалось лишь зло прошипеть:
– Нет.
– Зря. Я в ласках хорош, – пожал он плечами и двинулся дальше по тоннелю.
У меня рот разрывало от всевозможных нелицеприятных эпитетов в адрес нахала. Чтобы высказать их, придется его догнать: спина Грэга виднелась уже далеко впереди. Я прибавила ходу и почти поравнялась с мужчиной, но не смогла определиться с выбором ругательных слов. Грэг сразу увеличил шаг, и мне пришлось снова его догонять. Так и шли.
Сколько минуло времени, я не знаю, но вскоре до моих ушей донесся шум воды. Из головы мгновенно выветрилась вся злость. Через несколько шагов мы оказались в просторном гроте, высокий потолок которого облепляла уже знакомая нам светящаяся субстанция.
Пока я рассматривала небольшой ручеек, переходящий в прозрачное озеро, ко мне подошел Грэг и тихо спросил:
– Прости за представление. Ты как? Полегчало?
Сразу не поняла, что он имеет в виду, а когда дошло, то с благодарностью посмотрела на мужчину. Методы у него, конечно, оставляют желать лучшего. Зато вытащил меня с помощью моей злости из ужасного состояния паники. Взор Грэга горел теплом, лицо выглядело, как мордочка у нашкодившего щенка. Непроизвольно улыбнулась и прошептала:
– Спасибо.
Мужчина кивнул и потянулся к моей рубашке, желая ее застегнуть: я в своем праведном гневе совсем про нее забыла. Пальцы Грэга застыли, он нахмурился.
– Печать! – удивленно воскликнул он и начал беспорядочно шарить по моей груди. – Она исчезла!
Моя рука, готовая откинуть его наглую клешню, замерла в воздухе. Как исчезла? Куда? Устремила взгляд вниз и попыталась обнаружить пропажу. Пусто! Там, где еще недавно сияла серебром печать Кималана, была чистая кожа. Ни следа.
– Может, она куда переместилась? – спросил Грэг и уже потянулся расстегивать остальные пуговицы.
Шлепок по руке заставил его отступить.
– Сама, – шикнула я и отвернулась.
Но ни на груди, ни на животе, ни на прочих частях моего тела печати не нашлось. Я привела одежду в порядок. Мы с Грэгом задумчиво смотрели друг на друга.
– Значит, она выполнила свое предназначение, – протянула я, высказывая догадку. – Взломала ловушку Траунада, и теперь дух воды Кималан сможет ее разрушить. Так?
Грэг почесал подбородок и кивнул. Затем он махнул рукой, приглашая присесть у озера и отдохнуть. Это я с удовольствием!
Пока я выискивала в сумке лепешки и воду, Грэг отправился дальше вдоль тоненького ручейка, что выбегал из озерца. Только прожевав первый кусок, я поняла, что осталась одна. Увлеченная едой, я не заметила, как мужчина исчез из вида.
Мое одиночество нарушал лишь звук бегущей по камням воды. Он глухо шептал свою песню, и мне показалось, что я расслышала в нем слова. Тихие, но наполненные мощной силой. Они проникали в голову против моей воли, заставляя ежиться. «Они не бросили… Они помнят…Душа…Мертвая душа…Ей здесь не место…Освободить…»
При этих словах у меня так сильно сдавило в груди, что я вскрикнула. Казалось, кто-то руками достает мою многострадальную душу прямо сквозь ребра. Согнувшись, я терпела, как могла, но вскоре не выдержала и громко закричала. Сбоку раздался шум, а через пару секунд меня обняли крепкие руки.
– Потерпи. Сейчас, – шептал Грэг, пытаясь приподнять мое лицо. – Оля, посмотри на меня. Не отталкивай.
Мне было так больно, что я не сопротивлялась, когда губы мужчины коснулись моих. Мягко и нежно они прижались, даря облегчение. Казалось, что некто сильный тянет мою душу назад, осторожно, но очень настойчиво забирая ее у Кималана. А то, что приступ – его рук дело, я уже не сомневалась.
Мне стало обидно. Прямо до слез. Как же так? Я ведь его спасала. А он? Не место мне тут, видите ли. Кому, если не мне? Слезы катились из глаз крупными каплями. Словно желая обидеть меня еще сильнее, в голове пронесся глухой шепот: «Душа связана… Я помогу ей позже…»
Боль потихоньку ушла, но обида и испуг остались – я разрыдалась.
– Тише, тише, – шептал Грэг, целуя мое лицо.
Он заботливо гладил меня по голове, нашептывая что-то нежное и ласковое. Щек приятно коснулись его губы, снимая слезинки. Следом они прошлись по мокрым ресницам, лбу и вернулись к щекам. Меня окутали в теплый пушистый кокон из заботы. Сама не понимая, что творю, повернула голову в сторону, ловя его губы своими.