Климов вернулся, взял старый обшарпанный стул и сел напротив парня.
- Если тебе станет от этого легче, я тебе скажу: я люблю Марину. Я давно никого так не любил. В этом мы с тобой похожи. Разница лишь в том, что эта любовь у тебя первая, а у меня – возможно, уже последняя. Ты молод, и таких Марин у тебя будет ещё много, поверь. У тебя всё ещё впереди, - и немного помолчав и пожав плечами, тихо добавил: - в отличие от меня…
Он достал сигареты, взял одну и протянул пачку парню. Сергей отрицательно покачал головой. Пожав плечами, артист продолжил:
- Ты можешь думать обо мне, что хочешь, мне всё равно. Только знай, она сама меня выбрала. Не тебя. Это было её решение. Не знаю почему. Девушек вообще трудно понять, логика тут бессильна.
Он поднялся, собираясь уходить. Но вновь остановился, повернувшись к парню.
- Но если ты её и правда любишь, тогда подумай и о том, что я гораздо больше могу дать ей. Я могу сделать её жизнь лёгкой и приятной. Я могу пусть хоть на время, но отдалить тот момент, когда ей придётся повзрослеть, когда она столкнётся с проблемами. Со мной она сможет позволить себе ещё немного побыть ребёнком. Взрослой, прекрасной, любимой девушкой, но ребёнком, беззаботным и счастливым. Ты ей пока такого предложить не можешь. Но у тебя всё впереди, дерзай. Ты умный парень, хороший специалист. У тебя есть будущее, если ты его сам себе не испортишь. Мне жаль, что мы расстаёмся. Удачи. Уверен, у тебя всё будет хорошо.
Аркадий быстрыми лёгкими шагами вышел из комнаты. Спустившись по лестнице, сел в ожидавшее его такси и назвал адрес Маринки. Затем достал мобильник и набрал номер Семёныча. Когда в трубке раздался знакомый мужской голос, сказал:
- Я только что у Сергея был. Деньги-то отдал, только пропьёт ведь тупо со своими-то родственничками. Жалко парня, надо бы помочь. Ты поинтересуйся, пробей, кому толковый оператор тре... Что, уже узнавал? Ну, ты молодец. Это хороший вариант, я бы даже сказал, отличный. Только ты ж понимаешь, пусть они сами, как будто слухи дошли. А то ведь если узнает, что мы постарались – откажется, гордость свою будет демонстрировать. Ну, давай. Если надо будет – скажешь, я сам позвоню.
Аркадий улыбнулся, на душе стало легче. Хоть одна проблема как-то разрешилась.
Но впереди был ещё разговор с Мариной. Как она отнесётся к новости, которую он должен будет ей сообщить? Хотя он был уверен, что Марина его поймёт, должна понять.
Глава 32
Сегодня утром, когда он собирался, Настя достала из секретера большой конверт:
- Аркаша, у тебя День рождения скоро. Вот. Это подарок. Сначала хотела спросить, а потом подумала, пусть сюрпризом будет. Ты же давно хотел на море вырваться, отдохнуть. А там, мне сказали, сейчас жара, и дайвинг отличный, как ты хотел. И День рождения твой там отпразднуем.
И, видя, что муж молчит, рассматривая документы, добавила:
- Если не хочешь – можно отказаться.
Аркадий держал в руках тур на двоих на острова. Настя не забыла: когда он прилетал на Новый год и жаловался, что устал, они вместе планировали этот отдых после гастролей, хотели слетать куда-нибудь на недельку-другую. Всё было бы отлично, но ситуация изменилась:
«Марине как сказать? Обидится».
Но он понимал, что не может ответить «нет» жене, которая столько лет на многое закрывала глаза, занимаясь домом и детьми, никогда ничего не требуя.
- Зачем отказываться. Конечно, полетим. Когда? Через неделю? Отлично. Всё успею. Спасибо, сюрприз удался. – Он улыбнулся и чмокнул жену.
И вот теперь нужно было объяснить Маринке, что он улетает на две недели.
«Может и её куда-нибудь отправить на море?» - подумал он, но тут же ревниво отмёл эту мысль. – «Встретит там ещё кого-нибудь. Нет, уж. Лучше сам её летом свожу».
Разговор с Мариной прошёл даже проще, чем он предполагал. Она по привычке закусила губу и отвела взгляд. Но он уже знал: лучшее средство от этого – рассмешить её, что, в общем-то, было не трудно сделать. Он начал рассказывать, как ему не хочется лететь, изображая при этом в лицах стюардесс в самолёте и барменов в отелях, не говорящих по-русски, «гламурных кисо» и пузатых «руссо туристо» на пляже. Марина каталась от смеха. И когда она со стонами запросила пощады, говоря, что больше не может смеяться, он ласково посмотрел ей в глаза:
- Мариша, у нас ещё целая неделя впереди. Я тебе ещё надоем, сама захочешь от меня отдохнуть. Не веришь? Одевайся, поехали, программа на сегодня обширная.
Пришло время отъезда. Аркадий радовался скорым переменам. Он предвкушал спокойный отдых на красивых пляжах и массу новых впечатлений.
Однако уже впервые дни после прилёта его начало одолевать некое беспокойство. Всё вроде бы было чудесно: буйство ярких красок и на суше, и в море, красивые загорелые девушки в бикини, новизна окружающих видов и пейзажей – всё радовало глаз. Но он почему-то начинал ощущать приступы какой-то непонятной тоски и апатии. Он бессмысленно валялся в номере или на пляже, устремив взгляд в одну точку и будучи не в состоянии о чём либо думать. В довершении всего к концу первой недели у него начало болеть сердце. Оно ныло в груди тупо и давяще.