Она искусно научилась наводить морок на глаза, жаль, так же нельзя сделать и с душой. Хотя теперь ведь не с душой… Осколок она оставила здесь.
Ринар стоял на пороге, провожая взглядом экипаж. Он успел проститься с Альмой в последнюю минуту. Почти проворонил, так был занят, не мог до конца поверить, не мог толком понять и насытиться. Просто смотрел на Наэллу, растерянную, не понимающую, что происходит, думающую, что ее разыгрывают. Для нее прошло не больше пяти минут. Для него — долгие годы. Им еще предстояло многое обсудить, ей предстояло выплакать их общее горе, а ему помочь с ним справиться. Пока нужно было прятаться, а потом, через какое-то время, все вернулось бы на круги своя.
Вот только с Альмой не попрощаться он не мог.
Стоило экипажу отъехать от ворот, Ринар почувствовал, будто нить от груди в неизвестность натянулась. Натянулась до предела, грозя лопнуть, если он не сделает шаг вперед.
Она оставила частичку себя здесь, а складывалось такое впечатление, что в отместку забрала что-то у него. Что-то важное. Такое, без чего невозможно существовать.
В памяти ожило воспоминание их первой встречи.
«— Альма… Душа… Ты чья-то душа, Альма, знала об этом?»
— Ваша душа, мой лорд.
Ринар не заметил, когда на пороге появился Аргамон. Он будто вырос из ниоткуда, оказавшись прямо за спиной.
— Что? — Ринар обернулся, ловя внимательный взгляд таких же серых, как у него, глаз.
— Ничего, мой лорд. Вам послышалось.
Глава 12
Прошло восемь лет.
— Альма, расскажи, я приказываю! — в покоях Ее Высочества послышался дружный женский смех. Приказы в исполнении наследницы короля звучали очень убедительно. Семилетняя девочка засопела, бросив грозный взгляд сначала на мать-королеву, а потом просящий уже на Альму. — Ну пожалуйста, Альма.
— Так-то лучше, — Дария, королева Азарии, шутливо погрозила дочери пальцем, а потом вновь опустила взгляд на полотно, продолжая вышивание. — Я тоже хотела бы послушать, Альма.
Альма же посмотрела сначала на светловолосую девочку, устроившуюся на своем игрушечном троне, подаренном отцом, потом на ее мать, такую же златовласую красавицу, старшую на доброе столетие.
Потом улыбнулась шире, поманив к себе ребенка пальцем.
— Если подойдете, Ваше Высочество, сядете вот здесь и позволите спокойно вас расчесать, я расскажу любую сказку.
Гэйя часто не могла усидеть на одном месте. Если это требовалось, приходилось прибегать к уговорам, шантажу, всяческим сделкам. Радовало родителей и приближенных к девочке только то, что пока эти сделки легко провернуть.
Посомневавшись пару секунд, девочка все же встала, взяла с трюмо свой гребень, подошла, устроилась так, чтоб Альме было более-менее удобно работать.
— Спасибо, Ваше Высочество. Так какую сказку? — Альма провела по волосам, даже немного завидуя принцессе. У самой-то никогда не было таких послушных локонов. Вечно вьются, пряди выбиваются, не хотят держаться и все тут.
— О кальми. Мою любимую, — Альма вновь улыбнулась. Этот вопрос можно было не задавать. С того момента, как девочка научилась говорить, просила она именно об этой сказке. Неизвестно почему, но именно она вызывала в детском уме такой живой интерес.
Правда не только в детском. Дария как-то признавалась, что сама как зачарованная слушает, когда Альма ее рассказывает. Очень живо получается.
Наверное, в этом есть доля правды. Ведь кому как не кальми живо рассказывать о них?
— Небеса, с которых когда-то спустились вы, Ваше Высочество, населяют ангелы. Милейшие создания с рыжими… или белыми кудряшками и пухлыми щечками.
— А еще с фиалкового цвета глазами.
— Да, вы правы, — Альма вновь улыбнулась. Совсем скоро Гэйя сама станет рассказывать сказку, а роль Альмы сведется к тому, что нужно будет вовремя кивать и соглашаться. — С фиалковыми глазами. Сначала ангелам позволено было спускаться на землю, следить за тем, что происходит в мире, а потом…
В покои Ее Высочества постучали. Альма вскинула взгляд на дверь, замолкая.
Один из многочисленных поверенных короля показался на пороге. Склонился, выражая почтение королеве, потом такой же поклон был адресован принцессе и кивок Альме.
— Ваше Величество, король желают видеть леди Кристель. По срочному делу.
Обратился он тоже не к Альме. Это даже не удивило. За восемь лет во дворце она привыкла если не ко всем, то ко многим здешним особенностям. В том числе и к тому, что от ее воли зависит далеко не все. Например, может ли она прервать сказку и отправиться на аудиенцию к королю, сейчас решать королеве.