Закончилось все тем, что на втором году пребывания леди Кристель при дворе, предложения вдруг перестали приходить. Причиной такой перемены стала королева и… король. Ни для кого не было секретом, что их связывает не так любовь, сколько долг. И свой долг королева исполнила — родила наследницу. Конечно, король предпочел бы сына, но боги и демоны решили иначе. Обзаведясь потомством, королева вздохнула облегченно — ей не претило делить с мужем постель, ее не интересовали мужчины вообще, впрочем, как и женщины. Она слишком любила одиночество и ненавидела чужие прикосновения. Король такой порядок вещей понимал, даже принял, вот только это совсем не значило, что он и сам готов был продолжить жизнь монахом.
Очень долго Ее Величество присматривалась к окружающим ее девушкам, выбирая… Она хотела получить союзницу, в лице фаворитки мужа, а не потенциальную опасность. Выбор почему-то пал на Альму.
Ее особо не спрашивали, королева просто напомнила о долге перед королевством, обрисовала картину таким образом, что это единственно верный и возможный сценарий развития событий. А Альма… у нее было собственные причины на то, чтоб согласиться. Надоело отказывать соискателям руки и сердца, надоело просыпаться ночами в слезах из-за нахлынувших воспоминаний, она искренне надеялась на то, что это поможет забыть.
Король был красивым мужчиной. Этого у него не отнять. Достаточной молодой, умный, обладающий приятным шармом, чувством юмора и способный на нежность.
Впервые лечь в постель монарха было страшно, но благодаря его опыту, нужным словам, правильным действиям, все оказалось не настолько ужасным. Раньше Альме казалось, что она не сможет никогда и ни за что быть с нелюбимым мужчиной, ведь не смогла же забыться с Кроном, оказалось — все возможно. Это может быть приятно. Это почти всегда приятно.
Сложившаяся ситуация казалась самой Альме странной и неправильной лишь вначале. Утром, после первой ночи с королем, к ней в покои пожаловала королева, чтобы справиться, как все прошло. Альма жутко стеснялась, чувствовала себя изменницей, но королева на ее робкие замечания лишь отмахнулась. Ее подобный порядок вещей не волновал. Главное, что самой не нужно наведывать короля в его покоях, а еще важно, чтоб уже Альма не понесла. За этим королева следила лично, то и дело выделяя нужное зелье. Альма никогда не забивала его пить. Меньше всего хотела подобных проблем.
Шли годы. Ничего не менялось. Король стал для нее не просто любовником — другом. Они делили ночи, он делился с ней мыслями, она делилась с ним верой в то, что он действительно хороший правитель. Мужчине больше было не нужно, а сама Альма никогда на большее не претендовала. Полюбить Синегара она не смогла. Хотя ведь и не пыталась. Ей просто было хорошо с ним… и удобно — она была уверена, что больше не будет настойчивых предложений руки и сердца и неуклюжих отказов. То, что леди Кристель является фавориткой короля, не было секретом.
Королева играла роль наставницы для Альмы, она многому учила девушку. Тому, как правильно вести себя с королем, какие слова говорить, что он любит, чего терпеть не может. Она подтачивала идеальную замену себе в тех сферах, в которых сама была не заинтересована. Почему Дария настолько доверяет именно ей, Альма не знала, а сама королева на этот вопрос так ни разу и не ответила. Видимо, она просто неплохо чувствовала правду и ложь. К тому же, Альма — человек. Обычная человечка, которой никогда не стать ее соперницей. Будь она хотя бы полукровкой, Дария не была бы так беспечна, а человечку она не боялась. И нашла среди цветника единственную розу, которой элементарно не интересно вступать в борьбу за власть, богатство, трон. Свою борьбу Альма проиграла еще до ее начала — борьбу с Наэллой за сердце Ринара.
Принцесса росла, радуя родителей, Альму, весь двор. Конечно, ребенок не знал ни о дворцовых интригах, ни о том, кем Альма является ее отцу, для нее девушка стала старшим другом, а еще неплохой хранительницей секретов.
Восемь лет. Вот так они прошли для Альмы. Когда-то послушницы в монастыре, потом воспитанницы лорда Тамерли, а теперь фаворитки Его Величества.
Клятву, данную Аргамону, Альма почти смогла сдержать — морок всегда оставался на лице. Днем и ночью. Во дворце подобное никого не удивляло. Только ленивый здесь, имея для того все возможности, не прибегает к услугам магов, способных подкорректировать помарки природы. Дамы сплошь и рядом прибегают к магии, чтоб разгладить морщинки, сделать линию бровей более выразительной, убрать небольшое косоглазие, спрятать родинку или ее же сотворить.