– Вы… – прошептала я, но что сказать так и не придумала, и замолчала.
Моим решениям и поступкам не было оправдания. С того самого злополучного дня, когда погиб мой отец, я всё силы отдала, чтобы как-то искупить вину, вернуть то добро, которое мне подарили ценой своей жизни.
Но у меня ничего не получилось. Я оказалась слабой, никчёмной человечкой, которая только и делает, что губит двуликих. Я рыдала, захлёбываясь слезами, пока они молча стояли надо мной.
– Простите… Я старалась… Я пыталась… – бормотала я между всхлипами.
Вдруг со стороны машин послышался такой громкий крик, полный боли и отчаяния, что я, не задумываясь, попыталась развернуться и встать. Но опять всё пошло не по плану. И снова я оказалась на коленях.
Моему взору предстала просто ужасная картина. Мужчина, охваченный огнём, корчился, кричал и пытался потушить пламя, но у него ничего не получалось. Его крик был таким душераздирающим, но я не сделала ни одного движения в его сторону. Я знала. Я знала и помнила, что ему ничем не помочь.
– Пожалуйста, хватит… – шептала я под его крик. – Пожалуйста, хватит…
***
– Лили! Проснись!
Я резко подскочила и, ещё не отойдя от кошмара, огляделась. Я была на смене, лежала на одной из кроватей. Дженни с тревогой во взгляде нависла надо мной. Девушка мягко сжала мою руку и проговорила:
– Тебе, наверное, что-то плохое снилось. Ты металась и что-то шептала. Я решила разбудить тебя.
– Да, спасибо, – голос после сна был грубый, и я покашляла, прочищая горло. – Сколько времени? – просипела, пряча лицо за распущенными волосами.
– Уже семь.
– Сейчас помогу, – пытаясь прогнать остатки сна и не допустить слёз, я потерла пальцами глаза. Тушью я уже давно не пользовалась.
– Я всё сделала, – отмахнулась она и ушла на пост, пока я приходила в себя.
Через минут десять, когда я более-менее запихнула эмоции глубоко внутрь и убрала постельное бельё, на котором спала, мы с Дженни готовились к передаче смены. Именно в этот момент двери открылись.
Как только я увидела Рика с каталкой впереди, моя первая реакция была – закрыть глаза, отгораживаясь от реальности. Потом – судорожный вздох, чтобы дать себе секунды на осознание того, что было и так неизбежно. Я слышала, как он поздоровался с нами, как амбулаторная карта опустилась на стол, как Рик направил каталку в палаты и как он переговаривался с Дженни.
Слышала, как они перекладывают пациента на кровать – правда, эти действия были намного тише, чем с другими оборотнями. Потом писк включаемого аппарата. Опять тихий разговор. Тяжёлые шаги к посту, мимо меня, к двери. И прощание.
А я всё сидела с закрытыми глазами.
Боясь открыть их.
Боясь увидеть номер.
Боясь понять, что всё повторяется.
И что у меня нет другого выхода, кроме как ждать следующей смерти.
Глава 7
Вдох… Выдох… Вдох… Выдох…
Много лет назад мне рассказывали, как делать дыхательные упражнения, чтобы предотвратить паническую атаку. И с тех пор я ни разу не чувствовала этих ужасных, непередаваемых ощущений: удушья, разрывающей боли в груди, неконтролируемой дрожи в теле, паники и мысли, что сейчас умрёшь. Очень давно. И вот мне кажется, что как только Рик закрыл дверь, она была уже на подходе. Поэтому, не долго думая, я начала делать дыхательную гимнастику, молясь, чтобы не сейчас, не здесь. Да и вообще – не надо. Не хочу. Не снова.
Спустя, казалось, вечность, я успокоилась и, напоследок сильно зажмурив глаза, открыла их. Яркий свет ударил в зрачки, и я поморщилась. Впрочем, быстро привыкла.
Дженни делала работу за нас двоих, и я была ей искренне благодарна. Девушка загораживала мне вид на оборотня. И за это я тоже была ей благодарна. Понимая, что встречи не избежать, но оттягивая её как можно дольше, я схватила амбулаторную карту.
Открыла. Заглянула. Первое, что увидела – номер. Сто сорок пять.
«А что случилось между сто тридцать один и этим числом?» – пронеслась первая мысль.
Но затем все мысли выскочили из головы, как и сама карта из моих рук, когда я прочитала дальше. Мир вокруг начал кружиться. Всё произошло так быстро, что я не понимала: стою, лежу или, может, сижу. Сердце начало бешено колотиться, будто хотело вырваться из груди. Я чувствовала, как холодный пот стекает по лбу, а руки мелко дрожат.
Моё дыхание стало поверхностным и быстрым. С каждым новым вдохом становилось всё труднее, словно воздух вокруг стал слишком густым. Страх накатил стремительно, от этого сердце билось ещё быстрее. Медленно страх перерастал в панику – я была уверена, что сейчас потеряю сознание или вообще умру. Что моё сердце разорвётся на части.