Ещё секунду подумав, я огляделась, убеждаясь: никого нет. Быстро, чтобы не передумать, но осторожно, чтобы не шуметь, я заскочила обратно в кабинет и тихо прикрыла дверь. От волнения всё тело мелко потряхивало, но мозг на волне адреналина работал ясно. Сначала оглядела стены – искала камеры. Не найдя ни одной, подошла к столу и начала просматривать документы. В какой-то момент до меня дошло, что от волнения я не могла понять ни слова из того, что написано на бумагах.
Остановилась и, пытаясь убрать эмоции подальше – что, к слову, не получалось, – решила делать фото. Я старалась класть бумаги точно так же, как они лежали до этого. Когда все папки на столе были мной сфотографированы, слава богу, их было не много, я перешла к ящикам. В первом лежала обычная концелярия, во втором – гора сладостей и газировка. Я даже опешила, увидев это. Неожиданно, конечно. В последнем же ящике была большая чёрная папка. Аккуратно достала её и открыла.
От увиденного глаза так широко открылись, что я боялась – выскочат наружу. Я, конечно, хотела что-нибудь найти, но где-то глубоко внутри не верила, что у меня получится. А тут. Вот. Нашла. Фотографии, даты, имена и ещё какие-то данные, которые мне ни о чём не говорили. Но словосочетание «экспериментальная особь» сказало очень многое.
После некоторого замешательства я пришла в себя и начала фотографировать всё, что было в папке. Закончив, положила её обратно и так стремительно подскочила на ноги, что закружилась голова. Сердце билось с такой скоростью, будто я пробежала марафон. От волнения даже поташнивало. Энергии в теле было столько, что казалось: подключи меня к аккумулятору – я его заряжу.
Единственное, что я запомнила из промежутка между поисками и возвращением на пост – это то, как я обрадовалась, что выйти из кабинета не составило никакого затруднения. Кодовый замок требовал доступ только со стороны коридора. И если бы не беспечность начальника, я никогда бы не зашла в его кабинет.
Глава 7.1
Так вот, как я добралась до поста, выветрилось из моей памяти. Пришла в себя, когда, сдерживая дрожь в теле, подошла к Дженни. Она сидела за столом и что-то печатала в телефоне.
– Как Хоуп?
– Все хорошо, – ответила она. – А у начальства?
– Все хорошо, – пожала я плечами как можно непринуждённее, надеясь, что ничем не выдам себя.
Я не хотела делиться с Дженни тем, что нашла в кабинете. Мне нужно было сначала самой разобраться: что я вообще там увидела, где мы работаем и что на самом деле делаем. А ещё я не была уверена: знает ли Дженни что-нибудь об этом или нет. То, что я успела увидеть в чёрной папке, давало понять: моё предположение о каких-то незаконных махинациях – правильное. Лучше б это было проклятье, честное слово.
Спустя час обдумывания ситуации параллельно с работой я составила план, что буду делать. Первое – сегодня же прочитаю все документы на телефоне. Может быть, найдётся какая-нибудь информация о том, что делали с оборотнями и как им можно помочь продержаться до того дня, как я уйду из центра. Второе – не привлекая лишнего внимания, работать как прежде: не задавать вопросов, не лезть туда, куда не надо. В ином случае, я даже думать не хотела, что случится со мной, если они – кто бы то ни был за всем этим – поймут, что у меня в телефоне. Мне нужно продержаться все три месяца. После – у меня будет отпуск. И первым делом я пойду в полицию. Только пока не решила, в какую: в нашу или в полицию оборотней.
Так будет правильнее, думала я, пытаясь успокоить свои расшатанные нервишки. Конечно, присутствовал страх неизвестности от представления того, что будет, когда вся эта информация дойдёт до правоохранительных органов. Но ещё больше страшило: что будет со мной? Я работаю в этом центре, имею непосредственный контакт с оборотнями, которых видела на фотографиях. До дрожи было страшно, но я не могла по-другому. Молчать о таких чудовищных вещах – нельзя.
Примерно через час двери на пост распахнулись, и первое, что я увидела, – каталку с оборотнем. А за ней – Коула, который катил её вперёд, заметно хромая.
– Принимайте нового пациента, дамочки, – безразлично проговорил он, направляя каталку в сторону палаты. – Начальник сказал: это вип-клиент. Любые изменения в его состоянии – фиксировать в карту и каждое утро предоставлять лично ему.