– Подождите, – до меня вдруг дошло. – Тот самый Монрой? – воскликнула я.
Райен сделал еще один вздох и откинулся головой на подголовник, по-прежнему с закрытыми глазами:
– Нет, тем самым является мой старший брат, – протянул оборотень, голос его был хрипловатый. От такой интонации я невольно сжала ноги.
«Боже, это не нормально - так реагировать на мужчину после всего, что сегодня было.»
– Я - глава безопасности стаи и одновременно возглавляю группу специального реагирования. Должность Альфы меня не интересует. Хотя сам по природе альфа.
Услышав это, я была шокирована. Я подозревала, что Райен занимает важную должность, но не могла предположить, насколько высокой. Он был братом Альфы стаи Черных волков, которая делила территорию с моей страной. Это все равно что лететь с министром обороны или даже с агентом ЦРУ. Боясь сказать или сделать что-то лишнее, я достала телефон и протянула его к Райену.
– Пароль от телефона 1234, – произнесла я.
Райен поднял голову и взглянул на протянутый телефон. Его глаза уже были нормальными - карими. Он наклонился и взял телефон. При этом наши руки соприкоснулись, и я почувствовала маленький разряд тока. Я отдернула руку. Мужчина хмыкнул:
– Так себе пароль, конечно.
Я лишь пожала плечами.
– Тогда я не понимаю, как такое могло произойти. Если вы занимаете такую должность, как вас смогли схватить люди? Неужели они не знали, кто вы?
– Наши имена знают многие, но наши лица мало кто видел. Мы не афишируем себя. Поэтому подмена документов на миссии – вот и люди думают, что схватили двадцатилетнего оборотня.
– Но я сразу поняла, что вы старше, – призналась я скептически. – Неужели они не заметили этого?
– Наверное, мозгов не хватило сопоставить внешность с написанным, – беспечно пожал плечами Райен. – Или очень хотели поймать оборотня старше возраста Пробуждения, что не заморачивались на счет этого. Поверили документам – именно на это мы и рассчитывали.
– Это было опасное решение, конечно. Вас могли убить.
– Во первых, меня не так уж и легко убить, – возразил оборотень, отложив телефон на соседнее сиденье, и наклонился вперед ко мне. – Ты заметила, что даже пуля в голову не сработала? А их инъекция всего лишь парализовала меня на пять часов. Многовато, конечно, но, как понял из разговора врачей, инъекция должна была непросто вырубить меня, а убить, – прорычал оборотень и его карие глаза вмиг стали красными. – Во вторых, в таких опасных миссиях я люблю принимать участие лично. И если бы что-то пошло не по плану, например, если укол был бы для меня смертельным, то уж лучше я, чем мои подчиненные. У большинства из них есть семьи.
Мужчина замолчал, его глаза снова стали карими, и с нежностью скользнули от моих глаз к губам. Следом мягко улыбнулся и добавил:
– Хотя теперь и для меня все изменилось. Впредь буду аккуратнее.
Некоторые из его слов были для меня непонятны, но его улыбка заставила смущено отвести глаза. Она была слишком красивая и вызывающая.
– Зачем вы позволили все это им делать с собой?
– Я хотел как можно больше узнать об исследовании. Если бы я сопротивлялся один, потерял бы много ценной информации. А так мы собрали имена, переводы денег, данные о ходе исследований. Но опять же, та папка... Мы не успели забрать ее в первозданном виде. А в ней была информация о других лабораториях. Это для меня ценнее всего.
– Так они вводили инъекцию и смотрели, через какое время умрет оборотень? Зачем им это?
– Да. Я предполагаю, что они искали еще один способ убить оборотня. Начали с молодняка и повышали возраст. А инъекция, которую ввели мне, была для альф, а не бет. Мне повезло, что мне не двадцать лет. Мой организм помучался, выводя эту гадость. Но точную информацию мы узнаем из твоих фото. Этот чертов ублюдок при штурме попытался уничтожить папку, кинув ее в огонь, – раздраженно произнес оборотень, повел одним плечом. – Она сгорела почти полностью. Ты читала информацию в ней?
– Нет, не успела.
– Отлично. Не надо тебе этого касаться.
– Что со мной теперь будет? – задала я самый волнующий меня вопрос.
Оборотень тяжело вздохнул и подался еще ближе, облокотив локти на колени и сцепив ладони. В этой позе его плечи казались еще больше, а мышцы рук напряглись. Мой взгляд скользнул по нему, но как только он заговорил, вернулась к глазам.