Я опять спрятала лицо в ладони, размышляя: это мое собственное восхищение или навязанное истинностью влечением.
– Для большинства оборотней истинная драгоценный дар. И не только потому, что с ней можно продолжить род. Хотя ты права - в истории бывали случаи, когда волчата рождались не от истинных. Но это большая редкость.
– Видимо, та студентка была очень удачливой, – заметила я.
– Возможно. А может, ребенок от истинного, но волк по каким-то причинам не заявил на нее права. Такое бывает. Вообще, истинность - довольно сложная вещь.
– Может, вы ошиблись? Может, я не ваша пара?
Глаза Райена вспыхнули и на мгновение стали почти огненными. Все его тело напряглось, будто он сдерживал прыжок.
– Поверь, я не ошибся. Мы не ошиблись. Глаза тому подтверждение. Но даже если бы не было этого признака… я бы все равно знал. Пока я был парализован, но мог чувствовать, слышать тебя, чуть с ума не сошел. Волк рвался к тебе. Если бы не инъекция… – он многозначительно замолчал.
– То что? – спросила я, голос дрожал. Я не знала, чего хочу: услышать ответ или нет.
– Нет, ничего противозаконного я бы не сделал. Не бойся. Во-первых, волк никогда не причинит вреда своей паре. Правда, есть некоторые моменты, но мы сейчас не об этом. Во-вторых, я сильный и взрослый оборотень. Я умею контролировать себя. И волка тоже. Хотя рядом с тобой это становится… - Райен повел плечами, а затем взъерошил волосы рукой. – Чертовски сложно, Лили… В-третьих, до полнолуния еще три недели. Это смягчает инстинкты. Но рядом с тобой они каждый раз усиливаются. И для меня все это в новинку. Как и для тебя.
Пока он говорил, его глаза то вспыхивали красным, то возвращались к карему. Меня завораживало это переливание цвета, будто он каждый раз боролся с волком внутри. Хотя может быть так и было.
Я не чувствовала страха, что он причинит мне зло. Но боялась всего остального. Боялась того, что между нами уже что-то есть, что я не смогу отрицать.
– Так что бы вы сделали, если бы не инъекция?
– Не знаю, Лили. Я не каждый день встречаю истинную. Но мысли… были. О том, как присвоить тебя. Хоть бы оставить свой запах на твоей коже. Например, поцелуем… – он замолчал, но добавил почти шепотом: – Я и сейчас об этом думаю.
Меня бросило в жар. В голове тут же вспыхнула картина: его руки на моей талии, губы на моих, тело, прижимающее меня к стене. По телу прокатилась волна возбуждения, собравшаяся между ног.
Райен вцепился обеими руками в подлокотники. Ткань кресла затрещала, будто его когти проткнули ее изнутри.
– Да, это будет тяжело, – прорычал он, откинув голову на подголовник.
– У вас же отличное обоняние? – спросила я, наконец начиная понимать, почему он так реагирует.
– Да. И я чувствую твое возбуждение.
Из его груди донеслось низкое, рычащее ворчание.
– О-о… – выдохнула я, чувствуя, как смущаюсь.
Я не могла оторвать взгляд от его шеи — открытой, с пульсирующей веной, обрамленной черными чернилами татуировок. Я понимала, что это только усугубляет ситуацию, но не могла отвести глаз.
Я давно не была девственницей. Секс для меня никогда не был табу. Я относилась к нему спокойно, без фанатизма, но и без стыда. Как шутила моя одногруппница: «Ни шлюшка, ни монашка».
Райен — красивый, сексуальный, опасный мужчина. Я бы с ним переспала. Без проблем. Если бы он был просто человеческим мужчиной. Если бы между нами не висело это истинность. Потому что теперь это не просто секс. Это может быть начало чего-то постоянного, вечного. А я не готова к такому. Я боюсь, что это закончится болью. Что я стану такой же, как мама.
– Ладно, мы отошли от темы, – выпалила я, пытаясь вернуть разговор в безопасное русло.
Райен сжал подлокотники еще сильнее, поднял голову, открыл глаза. Красные.
– Да… Самые сильные инстинкты у оборотня связаны с семьей. Для любого из нас – это приоритет номер один. Сначала родители и, если есть братья и сестры, то и они тоже. Но, когда волк проходит Пробуждение и у него появляется естественное желание создать свою семью — найти истинную, то именно она выходит на первый план, когда оборотень ее находит.
– И получить от нее ребенка?
Он нахмурился.
– Семья - это не всегда дети. Истинная - это и есть семья. Тот, с кем ты разделишь вечность. Кто подходит тебе во всем, а ты ей. Главное, не испортить все на начальной стадии, – он медленно разжал руки, осмотрел порванные подлокотники, хмыкнул. Перевел взгляд на меня. Улыбнулся и обнажил клыки.
– Истинность влечет двух оборотней или, как в нашем случае, оборотня и человека. Она показывает, что вы - пара. Что можете создать семью.