«К горам, – коротко ответил Каин, не вдаваясь в подробности. – К Глотке Льда.»
Торвальд свистнул. «Ну, тогда вы либо святые, либо полные идиоты. А скорее, и то, и другое.» Он кивнул на рюкзак. «И эта штука у вас… она как тот камень, да? Только посильнее и пострашнее?»
Каин молча кивнул.
«Понятно, – Торвальд потер закопченный подбородок. «Ну что ж… за такую компанию и «Горбуна» не жалко. Даже интересно стало.» Он махнул рукой к машине. «Залезайте, путники. Покатили. До гор еще полдня пути, если не развалимся и нас не съедят по дороге.»
Они снова втиснулись в грохочущее нутро «Горбуна». Но теперь атмосфера была иной. Давящая тишина агейта и апатия от встречи с его «семенем» отступили, но не исчезли. Они висели фоном. А впереди были горы. Хребет Скорби. И первое столкновение с кошмаром Спящего Камня показало, что их ждет не просто опасный путь, а война с самой материей сна, с камнем, который ненавидел жизнь и жаждал ее погребения.
Торвальд ворвался в кабину, и «Горбун», кашлянув, тронулся с места. Эмилия смотрела в щель. Холм-свалка остался позади. Впереди, все ближе и грознее, вырастали серые склоны, увенчанные острыми, как клыки, пиками. Ветер выл на перевалах, неся с собой первый, едва уловимый шепот камня. Или это ей только казалось? Она посмотрела на рюкзак Каина. Нет. Не казалось. Камень проснулся. И он знал, что они идут.
Глава 20
Горбун" полз по выжженной равнине, оставляя за собой колею из раздавленного щебня и пепла. С каждой минутой горы на горизонте становились выше, мрачнее, будто нависая над ними каменной грозовой тучей. Хребет Скорби. Название оправдывало себя — серые склоны, изрезанные глубокими ущельями, напоминали спину гигантского зверя, застывшего в вечном рыдании.
Торвальд, сидя за рычагами, бормотал что-то себе под нос, то ли ругая машину, то ли подбадривая. Его закопченные пальцы сжимали штурвал так крепко, что костяшки побелели.
— Скоро подъедем к подножию, — бросил он через плечо, не отрывая глаз от трещин в земле, которые могли в любой момент разверзнуться под гусеницами. — Дальше пешком.
Эмилия прижалась к холодной броне, всматриваясь в горы. Что-то в их очертаниях казалось... **неестественным**. Не просто скалами, а чем-то большим. Спящим.
Айла сидела рядом, бледная, с закрытыми глазами. Ее пальцы вцепились в складки одежды, будто она пыталась удержаться за что-то, чего больше не было.
— Ты чувствуешь его? — тихо спросила Эмилия.
Дриада кивнула, не открывая глаз.
— Он... шепчет.
Каин, стоявший у щели, напрягся. Его рука легла на рюкзак с костяным агейтом.
— Скоро шепот станет громче.
***
"Горбун" заглох у самого подножия, испустив последний хриплый вздох. Торвальд вылез первым, пнув гусеницу сапогом.
— Ну все, красавица. Дальше сама не проедешь.
Они выгрузились на каменистую почву, покрытую тонким слоем инея. Воздух здесь был холоднее, разреженный, с металлическим привкусом. Эмилия сделала шаг вперед — и тут же почувствовала **его**.
Тяжесть.
Не физическую, а ментальную. Будто кто-то навалился на ее мысли мешком песка. Она замерла, сжав зубы. Это был не просто холод Игниса. Это был **камень**. Его присутствие. Его **сон**.
— Не останавливайся, — Каин схватил ее за локоть. — Если замедлишь шаг, он почувствует слабину.
Он был прав. Эмилия заставила себя двигаться, но с каждым шагом в гору давление нарастало.
Торвальд шел впереди, прокладывая путь между валунами. Он не выглядел обеспокоенным, но его глаза постоянно бегали по склонам, будто искали что-то.
— Здесь бывали люди? — спросила Эмилия, стараясь отвлечься от давящего чувства.
— Бывали, — Торвальд хрипло рассмеялся. — Только назад не вернулся никто.
Айла шла последней, ее шаги были неуверенными. Она то и дело спотыкалась, будто земля под ногами была чуждой, враждебной.
— Я не чувствую корней... — прошептала она. — Здесь нет жизни.
И она была права. Ни деревьев, ни травы, ни даже лишайника. Только камень. Серый, мертвый, **спящий**.
***
К вечеру они добрались до первого уступа — узкой тропы, вьющейся вдоль обрыва. Ветер здесь выл громче, и в его завываниях Эмилии чудились **слова**.
*Вниз... вниз... вниз...*
Она резко обернулась.
— Вы слышите?
Каин нахмурился. Торвальд остановился, прислушиваясь.
— Ветер.
— Нет, не просто ветер. Он... говорит.
Айла сжала кулаки.
— Это не ветер. Это **камень**.
Торвальд посмотрел на них, потом на склоны.