Лунный свет из высокого окна упал на фигуру, появившуюся из темноты прохода. Темное пальто. Темные волосы, зачесанные назад. Резкие черты лица. Тот самый человек из машины.
Он остановился в десяти шагах от нее, не пытаясь подойти ближе. Его руки были опущены по швам, ладони открыты – жест неагрессивный, но не дружелюбный. Оценка.
«Эмилия Ренар, – его голос был низким, спокойным, без тени эмоций. Он звучал гулко в пустом зале. – Убегать бессмысленно. И опасно. Особенно для окружающих.»
Эмилия не ответила. Она сжалась в комок, готовая вскочить и бежать, но куда? Он перекрывал путь к выходу. И этот спокойный тон был страшнее крика. Внутри все сжалось, жар рванулся к рукам, к горлу. Она чувствовала, как по спине пробегают мурашки, а ладони начинают гореть.
«Я не причиню тебе вреда, – продолжил он, как будто читая ее мысли. Его глаза, адаптировавшись к полумраку, казались очень темными, почти черными. – Но то, что случилось в «Пепельных Розах»… это только начало. Твой дар, если его не обуздать, принесет куда больше бед. И привлечет внимание тех, кто не станет церемониться.»
«Кто вы?» – вырвалось у Эмилии, голос хриплый, сдавленный страхом. «Полиция?»
Мужчина чуть скривил губы, словно услышав плохую шутку. «Полиция ищет поджигателя. Я… ищу Пироманта. Меня зовут Каин. Я могу научить тебя контролировать огонь, который тебя пожирает. Прежде чем он сожжет тебя и всех, кто окажется рядом.»
*Контролировать?* Слово отозвалось в ней болезненной надеждой, тут же задавленной недоверием. «Почему я должна вам верить? Вы… вы преследовали меня!»
«Я нашел тебя, – поправил он. – Чтобы предложить выбор. Продолжать бежать, прятаться, бояться каждого своего вздоха? И однажды, в страхе или гневе, устроить пожар, в котором погибнут люди? Или принять мою помощь. Научиться владеть своей силой. Узнать, кто ты на самом деле.»
Он сделал паузу, дав словам проникнуть в нее. Эмилия чувствовала, как дрожь бежит по телу. Выбор? Какая ирония. У нее не было выбора с самого рождения. Огонь внутри – это проклятие, а не дар.
«Ваш «ученик» в парке… он в больнице?» – спросила она, глядя прямо в его темные глаза, пытаясь найти ложь.
«Ожог предплечья первой степени, испуг, – ответил Каин без колебаний. – Ему повезло. В следующий раз может не повезти. Тебе или кому-то другому.»
Он был прав. Ужасно, невыносимо прав. Бежать – значит обрекать себя и других. Но довериться этому холодному, загадочному человеку? Который нашел ее здесь, в этой ржавой пустыне, как будто знал, куда она пойдет?
«Что… что вы хотите взамен?» – прошептала она. Ничто не бывает бесплатным.
«Твою готовность учиться, – сказал Каин просто. – И твою лояльность. Мир, в который ты нечаянно ступила, Эмилия, сложен и опасен. Тебе понадобится защита. Я могу ее дать. Но нужны гарантии.»
Лояльность. Слово звучало как кандалы. Но разве у нее был выбор? Тюрьма, психушка, смерть от собственного пламени или… этот человек и его сомнительная защита.
Каин выждал ее молчание, затем медленно достал из кармана пальто не зажигалку, а маленький, гладкий камень темно-красного цвета, похожий на застывшую каплю лавы. Он был теплым, Эмилия почувствовала это даже на расстоянии. Маленькое пламя внутри камня будто шевельнулось в ответ на ее собственный внутренний жар.
«Это обсидиан, – сказал Каин, глядя на камень, а не на нее. – Он хранит тепло. Чувствует огонь. Как и ты. Первый урок: твоя сила – не враг. Она часть тебя. Как рука или глаз. Только необученная. Дикая.» Он сжал камень в кулаке, и слабое свечение внутри него погасло. Потом разжал ладонь – камень снова излучал мягкий, глубокий красный свет. «Контроль начинается с понимания. С принятия.»
Эмилия смотрела на теплый свет камня. Он был… красивым. Не таким яростным и разрушительным, как пламя в парке. Таким, каким огонь мог быть – источником тепла, света, жизни. Таким, каким он *был* внутри нее, пока страх и гнев не искажали его.
Она подняла взгляд на Каина. Страх не исчез. Недоверие не растаяло. Но в груди, рядом с тлеющими углями паники, теплилась крошечная искра… надежды? Любопытства?
«А если… если я не научусь?» – спросила она тихо.
«Тогда я остановлю тебя сам, – ответил Каин без тени сомнения. Его голос стал жестче. – Чтобы спасти других. И тебя от самой себя. Но я верю, что ты способна научиться.»
Тишина повисла в зале, густая, как заводская пыль. Капала вода. Шуршало что-то в углу. Эмилия смотрела на темный силуэт Каина на фоне серого рассвета, пробивавшегося сквозь разбитые окна. Путь назад был отрезан. Путь вперед вел в неизвестность, к человеку, который обещал и спасение, и рабство.