Схватив сумку с травами, волшебница бросилась вслед за остальными, но прямо перед носом будто из-под земли вырос Торин:
— Ты остаёшься.
— Я могу помочь, — выдохнула она.
— К костру! — рявкнул Торин и, развернувшись, кинулся в лес.
Феанора застыла посреди поляны, растерянно глядя ему вслед и сжимая сумку. Она уже хотела вернуться, но вдруг поймала на себе озадаченный взгляд Фили. Гном лишь сейчас заметил в отряде девушку. Криво ухмыльнувшись в усы, он покачал головой и через миг скрылся за деревьями. Поляна опустела.
«Да за кого они меня принимают! — рассердилась волшебница. — Ведь именно Бильбо стал мне другом, в отличии от всей этой самодовольной компании!» Накинув сумку через плечо, она в последний раз обернулась к догорающему костру и последовала за гномами.
Феанора бежала вперёд, уворачиваясь от веток и перескакивая через поваленные деревья. Чувствуя, как с каждым шагом злость и обида уступают место неуверенности и страху. Внутри всё сжималось от волнения. Сердце бешено колотилось, отдаваясь гулкими ударами в висках, но повернуть обратно она уже не могла.
Впереди слышались крики и звон оружия. «Только бы Бильбо был жив!» Лишь теперь она осознала, что там идёт настоящий бой. Не учебный, который иногда устраивал для неё Гэндальф. Не эпическая схватка из книг и баллад. А настоящий — с врагами из плоти и крови. По спине пробежал холодок. Дыханье сбилось. Феанора замерла на краю поляны, освещенной большим костром, не в силах двинуться с места.
Три огромные туши, очень отдаленно напоминающие гравюры из книг, ворочали ручищами, пытаясь поймать гномов. Те кидались на них со всех сторон. Вертясь, подпрыгивая, перекатываясь через голову. Гномы кололи и рубили, пытаясь пробить толстую шкуру врагов. Тролли отшвыривали их, как досадную помеху.
Мелькнувшее перед носом лицо Бофура вывело её из оцепенения:
— Куда тебя несёт! Скройся!
«Помочь… Я хотела помочь…» — силясь подавить дрожь, Феанора попыталась сосредоточиться. Она закрыла глаза, судорожно перебирая в памяти всё, чему её учили. Сделала глубокий вдох, стараясь замедлить биение сердца. У неё получилось — звуки битвы слышались теперь будто издалека. Потоки Силы жаркими волнами растекались по телу, словно кто-то раздувал угли в кузнечном горне. Они уже докатились до ладоней, и кончики пальцев защипало. Повинуясь её голосу, в воздухе одна за другой загорались древние руны. Её пальцы мелькали, сплетая их в смертоносный узор. Воздух сгустился, вбирая потоки Силы и превращаясь в огненный вихрь…
— Ох… — что-то жесткое и тяжелое сбило девушку с ног.
Она рухнула на землю, больно ударившись головой о поваленный ствол, и лишь открыв глаза, сообразила, что на ней лежит гном. Перед носом мелькнуло веснушчатое лицо Ори. Видимо, один из троллей швырнул его в кусты.
Ори кое-как поднялся и даже помог девушке встать. В следующий миг они оба снова лежали на земле. Это Двалин толкнул их, спасая от громадного кулака.
— Не зевай! — проорал он, крутанулся на месте и врезал троллю по голой ступне топором.
Волшебница попыталась собраться с мыслями и закончить заклинание, но плетение уже рассыпалось. Пришлось начинать все заново. Неожиданно она оказалась в самой гуще схватки. Её задевали, пихали и толкали со всех сторон. Справа опустилась громадная нога, и волшебница едва устояла. Великан нагнулся, ему по морде ударил молот Бофура, и на Феанору полетели выбитые зубы. Она шарахнулась назад, ненароком упав прямо под ноги Глоину. Тот с криком «С дороги!» перескочил через неё и ринулся вперед. Кое-как поднявшись, девушка вновь оказалась нос к носу с чудищем. В следующий миг нависший над ней тролль подскочил как ошпаренный: восседавший у него на загривке Фили воткнул ему в глаз клинок.
Теперь волшебница пыталась просто убраться с поляны, но на неё то и дело с криками налетали гномы. Её в очередной раз отпихнули. Теперь это был Торин, ловко избавивший Феанору от участи быть раздавленной и дальнейших попыток что-то наколдовать.
— Лучше не высовывайся! — с угрозой в голосе крикнул он.
— Бросить оружие! — заглушил его голос бас тролля. — Или мы порвём коротышку на части!
В суматохе верзилы выловили хоббита и теперь держали, подняв высоко над землей. У Феаноры от ужаса и волнения перехватило дыхание. Гномы замерли, поочередно глядя то на перепуганного Бильбо, то на короля. Первым на землю упал меч Торина. За ним послышался звон остального оружия. Предводитель решил не рисковать.
Ещё несколько мгновений девушка соображала, что ей делать: «Даже если смогу ударить — задену Бильбо. И троих сразу мне не одолеть». Её битва окончилась, не успев начаться, и Феанора отступила назад, под сень деревьев.
Волшебница не испытывала горечи поражения, не терзалась чувством собственного бессилия. Ей просто стало дико страшно за хоббита и гномов. Отойдя от тролльей стоянки, она опустилась на траву и зажмурилась. Руки дрожали, на глаза навернулись слёзы.
Ей понадобилось ещё минут пять, чтобы кое-как собраться с мыслями. Наконец получилось немного успокоиться и отпустить сознание. Ее осанвэ* настойчиво искало Гэндальфа.
— Гномам нужна твоя помощь, — только и смогла сообщить ему волшебница, но этого было достаточно.