- Да кто вам сказал, что я на это соглашусь?! – прервала я, как можно тише, но все равно получилось громко.
Брайан погасил голограф и внимательно посмотрел на меня.
- Эвелиса, – спокойно начал он, – если ты хочешь помочь, то придется это сделать. К тому же, на корабле мы сможем укрыться от людей СВ.
Не знаю, насколько трудно меня убеждать, но у этого парня талант к убеждению. Последний довод являлся не просто весомым, а решающим. Я представила себе тех людей в черном, которые не столь давно похитили меня и уже не единожды пытались убить. Спасало только чудо. Чудо в лице Брайана и Деклака. Еще один повод помочь им. Я же обязана им за своё спасение!
Я молча кивнула.
Вскоре пришел официант, и нам пришлось на время прервать разговор. Парень взял с подноса чашку капучино и поставил ее перед Деклаком.
- Хорошо, – подытожил ДОМовец, делая большой глоток кофе, когда официант ушел. – Тогда идем, найдем эту контору. Проследим, где живет журналистка и… и на следующий день нападем на нее и подменим Эвелисой.
И это говорил милиционер – блюститель порядка и закона. Удивительно, что делают с людьми трудные жизненные ситуации…
Глава 19
Земля. Лондон. Старый город . 2114 год, 25 февраля, 21:16 по данным СВ.
Деклак
Вечер незаметно превращался в ночь. Всюду зажглись фонари, оранжевым светом обозначая полупустые площади и улицы. Низенькие домики, расположенные по двум сторонам от дорог, выделялись черными разновысокими глыбами на фоне матового темно-синего, затянутого тучами неба. Словно в ответ на упоминание о пасмурной погоде, начал накрапывать мелкий дождик, неприятно щекоча лицо. Вскоре моя новоприобретенная в Гегенонне светло-коричневого цвета рубашка промокла и стала темно-коричневой, прилипнув к телу. Я поёжился.
По правде говоря, даже просто увидеть старый район Лондона – уже стоит того, чтобы мокнуть под мерзким дождиком. Это был почти центр разросшейся столицы Англии, и архитектура здесь не менялась с две тысячи двенадцатого года. Таких городов я еще не посещал, учитывая, что не бывал за границей вообще ни разу. Было очень удивительно не видеть здесь так называемых «верхних улиц», состоявших из разных уровней этажей небоскребов, а их здесь не наблюдалось. Ни одного высотного здания на территории Старого города. Прямо как на фотографии из старого доброго учебника истории. Кстати говоря, на том фото еще была изображена башня Биг Бэн, которая сейчас возвышалась поодаль воочию, подсвечивающаяся сотнями тысяч огней, высившаяся словно маяк среди остальных домов и магазинов, не сравнимых с ней ни в яркости, ни в величине.
Вся эта картина, безусловно, производила огромное впечатление, но нельзя было забывать, ради чего мы все-таки на самом деле торчим под этим мелким моросящим противным дождем уже несколько часов кряду, стоя настороже за углом одного из домов.
Я и Брайан ждали, когда Алиса Ден выйдет из конторы «Мировых новостей», и уже отчаялись, думая, что она сегодня вообще сюда не приходила. Если она так и не появится, то наш план рухнет. Его детали заключались в том, чтобы встретить журналистку и увести подальше от этой улицы, полной микрокамер, которые, по пути сюда мы сразу приметили, к проулку, где нас ждала Эвелиса. На камерах это бы выглядело так, будто мы просто ее сопровождаем, и не вызвало бы подозрений. Хотя бы временно.
Контора «Мировых новостей» представляла собой такое же низкое здание, как и дома по соседству. Окна желто-белыми квадратами выделялись на фоне его темно-серого корпуса. Наверное, за их стеклами до сих пор кипела какая-то журналистская работа. На своем рабочем месте я тоже нередко засиживался допоздна, и прекрасно мог себе представить, как сейчас себя чувствуют те, кто там, за стеклами, эту работу выполняет.
Из мыслей меня вырвало прикосновения к моей руке Брайана. Я тут же посмотрел на парня – он молча кивнул, и я выглянул из-за угла.
Прямо в нашу сторону шла особа высокого роста. На ней была одета короткая куртка, ворот которой был щедро оторочен мехом, как и пояс, юбка, открывающая взгляду фигуристые бедра журналистки, обтянутые узкими джинсами, заправленными в высокие сапоги на высокой шпильке. Журналистка держала в правой руке маленькую сумочку под цвет сапог. В одежде женщины доминировал светлый цвет, но какой именно, я разглядеть не смог. Когда она подошла ближе, увидел ее лицо, и теперь был абсолютно уверен, что эта дама и есть Алиса Ден. Я адресовал Брайану ответный кивок, и мы вышли из-за угла в зону, находящуюся под обзором камер.
Для Ден наше появление стало столь неожиданным, что она остановилась и встала как вкопанная.
- Добрый вечер, – произнес Брайан каким-то странным, не свойственным ему вкрадчивым тоном. Он ухитрился сказать столь безобидную фразу так, будто в ней заключался какой-то код или пароль. – Не страшно ли вам разгуливать одной в столь позднее время?
Журналистка смерила его холодным, даже нет, ледяным взглядом, затем таким же ледяным голосом ответила:
- Нет. Я не зря известна тем, что не таскаю с собой телохранителей.
- Ну, тогда зря вы так, – все тем же приторно-противным тоном заметил Брайан. – С вами и вправду ничего не случиться, если вы последуете с нами. И не пытайтесь как-то вызвать на помощь. На крыше одного из зданий есть снайпер, у которого вы сейчас на прицеле. И он знает свое дело.
Брайан улыбнулся, как будто говорил о чем-то будничном. Великолепный блеф, но как милиционер со стажем более пяти лет, я мог легко отличить правду от лжи. Что же касается этой дамочки, то создается впечатление, что если бы Брайан сказал ей что черное – это белое, она бы безоговорочно поверила.
Ее лицо вмиг из бесстрастного приобрело паническое выражение. Могу поспорить, что она побледнела, но темнота не позволяла определить цвет ее лица на данный момент. Ох уж эти журналюги… Не то что бы я их не любил, но было немного забавно наблюдать, как автор самых смелых статей содрогается от страха перед двумя странными мужчинами, вышедшими из тени домов, то есть, нами. И кстати об этом, мне, отнюдь, не нравилась роль грабителя (да, в плане информации, мы собирались ее ограбить). Если на работе узнают об этой авантюре, прощай карьера детектива и вообще всё, что связано с милицией. Во всяком случае, я употребил слово «если» а не «когда», хотя это мало утешало. Сейчас я являл собой именно того, с кем борется милиция, и от осознания этого мурашки пробежали по позвоночнику.
Брайан взял Ден под одну руку, я под другую и мы молча направились туда, где ждала Эвелиса. Не представляю, как она перенесла это четырехчасовое ожидание нас в одиночестве, так и не сделав попытку прийти к месту нашей засады, таким образом засветиться на камере и разрушить план. Мы условились с нею, что если так и не подхватим журналистку, то вернемся в 21:30 к девушке и уйдем отсюда прочь, придумывать новый план, хотя я не мог даже предположить, что можно будет предпринять после такого провала.
Когда мы пришли в проулок, где нас ждала Эвелиса, она как раз смотрела на часы своего голографа, проверяя время, и завидев нас, нервно вздохнула. Видимо, девушка, так же как и я, чувствовала себя в этом деле не в своей тарелке.
Благодаря темноте, окутавшей город, Ден не могла видеть Эвелису в тени домов, зато девушка видела журналистку прекрасно.
- Ну, вот и всё, – сказал Брайан, обращаясь к журналистке. – На этом наше путешествие закончилось.
Брайан отпустил руку женщины и отступил назад, уходя из поля ее зрения. Я, как милиционер, обязан заметить, что когда твой враг уходит из поля зрения, это чревато травмами. В следующую секунду над ее головой сверкнула короткая вспышка серебристого света, и Ден стала падать на землю. И если бы я ее не подхватил, то упала бы. Не знаю, что он там сделал с помощью Дара, но сам не хотел бы попасться на этот фокус. Я прислонил женщину, словно куклу, к стене одного из домов, и стал снимать с нее куртку, в то время как Брайан расстегивал ее сапоги. Когда с этим было покончено, вещи были отданы Эвелисе. Хмыкнув и сделав выражение лица а-ля «не-хочу-надевать-эти-дурацкие-шмотки» она облачилась в куртку и застегнула сапоги на своих ногах. Обувь оказалась широковатой в голенище, но выглядела наша соучастница во всем этом точь-в-точь как Алиса Ден. Ну, по крайней мере, в ночи мне так показалось.