— А вон тама мамашка их, — фермер указал в сторону Каменного Замка.
Кай с тревогой нахмурился.
То, что можно было спутать с чёрной скалой, — одной из тысяч, что стояли здесь и далее до самого горизонта, — оказалось виверной. Огромной виверной, усевшейся на самое высокое здание города и теперь меланхолично наблюдающее за суетящимся на равнине выводком.
«Вот эта уже поднимет. И коня поднимет и быка. Да хоть целое стадо разом!»
— Стражи заняты спасением жителей и в бой пока не вступают, — сказал некто, кого Кай принял за купца, увидев его роскошные наряды. Смуглая кожа и акцент выдавали в нём южанина. — Не хотят раньше времени сердить того большого, да и мелочь отвлекать им не на руку.
— Их бы всех подальше от города выманить! — протараторил фермер.
— Ну как, справитесь? — спросил купец.
— Справимся, — ответил Кай.
Его тело сковал тёмно-сапфировый доспех.
Глава 22. Задание архимага
1
Лошади с криками падали на побагровевшую землю. С торжественными визгами виверны налетали на угощение. Взволновано хлопая крыльями, чавкая и вгрызаясь в ещё тёплую плоть, они слишком поздно услышали приближающийся лязг стали.
Тёмный полуторник пробил брюхо ближайшего к Каю крылатого змея и пригвоздил его к земле.
Оглушительный вопль, куда громче суетливых потявкиваний собратьев, хлестанул округу. С бордовым всплеском клинок был вырван из барахтающейся туши.
«Один есть!» — победоносно отсчитал Кай.
Схватив меч обеими руками, принял защитную стойку, — перепуганные и разъярённые прерванной трапезой виверны всполошились. Их головы резкими дёрганными движениями озирались по сторонам. Периодически они боком по-птичьи поворачивали морду, утыкаясь вопросительными взглядами в убийцу.
«Что, чуете незнакомый запах?» — хищно оскалился Нэри младший. — «Боитесь? Правильно делаете».
Взмах меча по широкой дуге рассёк крыло второй бестии. Та отпрянула. На её грязной чешуе заблестели капли крови.
Когтистые лапы застучали по земле. Хлопки крыльев заметались в воздухе. Твари разбежались. Начали кружить вокруг Кая. Но не улетали прочь. Напротив, испуганное ворчание постепенно сменялось агрессивными рыками и шипением.
Многие всё ещё держались у земли, словно им было трудно взлететь. Они то взмывали вверх на метр-другой, то парили у самого зелёного настила, изредка задевая его лапами, как если бы боялись лишиться контакта с поверхностью. И их маленькие вытянутые головы с маленькими чёрными глазами были направлены в общий центр этого крылатого водоворота — туда, где стоял Кай.
Юноша облизнул губы. Острие клинка смотрело вверх, пальцы крепко сжимали рукоять. Поворот налево, поворот направо — не знаешь, откуда ждать атаки.
Он рывком оборачивается и встречает летящее в него чёрное пятно уверенным выпадом. Виверна с визгом насаживается на полуторник. Крючковатые когти царапают нагрудник, пытаясь вспороть добыче брюхо.
Солнце, и без того размытое в тумане, скрылось тенью. Тяжёлый груз упал на спину Кая, заставив того зашипеть от неожиданности. Он едва не оглох от крика крылатой змеюки! Попытался смахнуть её с себя, но когти крепко держали наплечники. Виверна потащила его назад. Ноги в латных сапогах заскользили по мокрой траве.
«Нельзя падать! Нельзя!»
Он продолжал размахивать мечом.
Наконец, раздался характерный вопль — полуторник саданул твари сухожилие.
Впрочем, это не помогло ему избежать падения. Спикировав с самой вершины живого водоворота, наиболее крупная особь из молодняка врезалась в юношу лапами.
Кай готов был поклясться, что от удара о землю зазвенели не только латы, но и кости. Перед глазами расплылись пёстрые кляксы.
Не прошло и мгновения, как тощие задние лапы, растопырив пальцы, устремились к его голове.
Полуторник выскользнул из рук — враг был слишком близко. Голова ещё гудела. Каю оставалось лишь вручную отбиваться от острых крюков, что пытались вонзиться ему в лицо и шею.
«Шлем! Нужен шлем!» — трезвонило сознание, но что он сейчас мог поделать?
В бок что-то врезалось. Он почувствовал укол. Мощные челюсти сомкнулись на левой голени — если бы не броня, кто-то сейчас закусил бы его ногой.
«Проклятье!» — отбиваясь от атак, думал он. — «Нэтис же смотрит! Должен встать. Должен…»
Один маленький промах, и лапа крылатой змеюки соскользнула с его предплечья и саданула коротким рывком от брови до подбородка.