К хищным крикам верещащих бестий присоединился отчаянный вопль Кая.
Лицо начало заливать тёплой субстанцией с кислым железным привкусом. Он схватился за голову! Сжался, будто перепуганный котёнок!
Глаза не открыть! Каждая попытка разлепить веки отдавалась режущей болью, словно ему в зрачки вгоняли лезвия.
Забыв про Нэтис, забыв про горожан и стражей, что наблюдали за его сражением, забыв про подвиги и геройство, он начал брыкаться. Отбиваться руками и ногами. Вслепую бил, пинал и колотил жилистые чешуйчатые мешки, что налетели на него всем скопом.
«ВОЗЬМИ МЕЧ, ГЛУПЫЙ КРОЛИК!» — зазвенел металлический рёв то ли в его голове, то ли в устах, он не мог понять. В руке появился полуторник, и тот же час одна из тварей лишилась крыла.
Из головы вылетели все приёмы, в пропасть памяти отправились навыки и заученные движения. Остались только животные инстинкты и ярость.
Кай не мог понять, как он оказался на ногах. Как выбрался из-под груды разъярённых хищников и разогнал стаю, заставив виверн вновь закружиться вихрем вокруг него, выжидая момента для новой атаки.
Ему удалось приоткрыть правый глаз. Коснулся левого — режущая боль. Волосы липнут к окровавленному лицу. Сквозь стиснутые зубы ожесточённо струится дыхание.
— Ну давай. Давай! — закричал он на них. — Курицы тощие! Нападай!
Ответом был пронзительный визг.
Кай нырнул вперёд, прокатился по земле на манер Рыцаря Бездны и рубящим выпадом приземлил одну из виверн. Ещё взмах — голова на длинной извивающейся шее упала на землю. Взмах! Кусок чёрного перепончатого крыла третей твари улетел прочь. Взмах! С жалобным гарканьем следующая разрубленная туша плюхнулась вниз. Укол! Полуторник впился в чешуйчатую грудину неудачно приблизившейся бестии.
Воздух сотряс рёв! Виверны, те что ещё могли, разлетелись по сторонам. Их мать, для которой Каменный Замок — не более чем удобный выступ для гнезда, расправила свои безразмерные крылья. Янтарный Утёс скрылся в её тени.
«И как мне с ней сражаться?» — сплюнув скопившуюся во рту кровь, подумал Кай. — «Как герои бились с драконами?! Да это же невозможно!»
Виверна взмахнула крыльями и оттолкнулась лапами от крыши замка, снеся при этом дозорную башню.
Юноша взглянул на свой полуторник. На трясущиеся, не то от страха, не то от слабости и кровопотери, руки. Отправил взор на плывущий к нему по воздуху чёрный крылатый галеон.
«От пещеры долго бежать придётся», — мысленно приготовился он к смерти. — «Надеюсь, Нэтис не сильно разочаруется».
Два тёмных крыла затмили небосвод над его головой. Лапы с растопыренными когтями приготовились встретиться с землёй. Зубастая пасть открылась с явным намерением проглотить человечишку.
Второй дикий рёв огласил небеса!
Гигантской алой стрелой, словно выпущенной самим Великим Отцом, в виверну врезался красный дракон!
Кай отшатнулся, едва не грохнувшись на пятую точку. Оба монстра упали метрах в двадцати от него.
Земля задрожала под ними. Взмахи крыльев ураганным потоком прижали траву к земле.
Яр был меньше бестии, но его чешуя покрывала отнюдь не тонкие жилистые конечности — под ней перекатывались плотные бугры мышц. Он прижал передними лапами виверну к земле, напрочь игнорируя все её попытки располосовать ему живот. Вжал её плечи в мокрый от утреннего дождя грунт. Быстро втянул в себя воздух и раскрыл пасть.
Свет солнца, прячущегося за туманом, померк, по сравнению с яркостью пламенного потока, хлынувшего на голову твари. Чёрные тени шарахнулись от эпицентра взрыва.
Кая накрыло тепловой волной. Ему пришлось пригнуться, дабы не быть опрокинутым наземь. Воздух раскалился, обжигая открытое лицо и шею. Столб пламени, сравнимый по мощности со шквальным огнём из сотен громовых копий одновременно, разбивался о грунтовую твердь, выжимая из неё клубы пара и потоки чёрного дыма, что танцевали в плавящемся мареве.
Когда поток угас, Яр оценил проделанную работу — головы виверны больше не было. На её месте, в земле, остался остекленевший кратер. Верхняя половина туловища бестии превратилась в уголь. Повернув рогатую голову к застывшим от страха детёнышам, он громогласно зарычал, и вопрос о том, кто здесь хозяин, был исчерпан.
2
Оставшиеся виверны, вереща, взмыли в воздух и быстро полетели куда-то на северо-восток.
Дракон мельком, без интереса, скользнул по Каю своими острыми янтарными глазами. Напружинился, словно кошка, готовящаяся совершить прыжок, и оторвался от земли. Меньше чем через полминуты, он уже был далёким силуэтом, сливающимся с панорамой Запретной Долины.