К счастью, в день их приезда пошёл дождь. Слабый. Не проливной ливень, но и не моросящая сырость. Город, который открылся Каю восхитил его куда больше, чем дворец Золотого Торэна или огромные стены Янтарного Утёса. Местная архитектура отличалась сложностью и искусностью форм, которые притягивали взгляд на каждом шагу. Здесь не было простых каменных домов или крепко слаженных изб. Люди здесь жили и работали в настоящих произведениях искусства — каждая стена, каждый фасад и балкон были демонстрацией мастерства строителей и скульпторов. Арки, колонны, карнизы, всё украшено орнаментом меди и мрамора, облагорожено домашними растениями и статуями. Даже простыми уличными фонарями, выполненными из окрашенного в чёрный цвет металла с изогнутыми витиеватыми узорами у лампы, невозможно было налюбоваться. Они рассчитали улицы ровным строем, сбрасывая золотистое свечение на мокрую от дождя дорогу, которая состояла из идеально отполированных и подогнанных размер к размеру каменных блоков. Но самое интересное то, что двигалось по этим дорогам. Наряду с повозками и каретами, улицы города оглашались пыхтящим тарахтением самоходных механизмов. Двигали их не лошади и не иные тягловые животные. В их металлических горбах скрывались, как сказала Анна, паровые двигатели! И как уроженцу магического государства поверить, что здесь не замешана магия? Ни крупицы волшебства! Местные умельцы добились всего этого своими руками и головой, а не полем Аркха и медитациями. Истинное чудо!
6
— Нам нельзя опаздывать! — поторапливала юношу чародейка.
Они быстро шли по мостовой, под светом фонарей и тёмным небосводом, уверенно лавируя меж пешеходов, перебегая дорогу, стараясь не попасть под колёса самоходных штуковин со светящимися глазищами.
Местный люд одевался тоже необычно: чёрные пальто, чёрные плащи и, у мужчин, высокие цилиндрические шляпы, у женщин — фетровые котелки. А здешние защитники правопорядка, кажется, совсем забыли, что такое доспехи. Кроме тканевой униформы и значка на груди ни какой зашиты при них не было. В качестве оружия — дубинки и какие-то причудливые длинные механические палки, отдалённо напоминающие магистратские громовые копья. Только вместо лезвий длинные штыки.
«Интересно», — размышлял Кай, изучая славный Нэтгард. — «Магистрат, Вассл… Такая разница в культуре и технологиях. Это ли результат деятельности Эпохи Разума? Ведь во время Эпохи Войны, как говорил командир, государства отличались чрезмерной агрессией по отношению друг к другу и наличием огромных армий. Вооружённые конфликты не прекращались ни на год. Интересно, что будет с миром, когда свой пост займёт Нэтис?»
— Кажется, здесь, — Анна остановилась перед входом в заведение с высокими окнами, из которых струился золотистый свет.
Сразу за стеклянной дверью стояло зеркало в человеческий рост. Выходящая из заведения старушка в роскошном пальто с меховым воротом, остановилась и поправила перед своим отражением причёску. Чародейка тоже задержалась, подтянула рубаху и отряхнула рукава.
«Просто на всякий случай», — подумал юноша и быстрым движением, так, чтобы никто не видел, показал зеркалу свет камня в груди.
— Он говорил, что будет сидеть в самом дальнем углу, рядом с большим папоротником. — Чародейка огляделась по сторонам.
Обнаружив цель, быстро устремилась через зал. Кай осторожно шёл следом, опасаясь что-то задеть и ненароком сломать. Куда не отправь взор, натыкался на круглые столики, фарфоровую посуду и блестящие столовые приборы, которых, казалось, было куда больше, чем это было необходимо. По нескольку видов ложек, вилок и ножей на тарелку! А наборам рюмок и бокалов мог позавидовать иной коллекционер хрустальных поделок. Всё, включая посетителей и обслугу, разодетых, как графы и лорды на праздничном застолье, выглядело таким хрупким и ломким, что юноша невольно начал поднимать руки, стараясь держать их ближе к груди.
Окружающей картине вторили запахи и ароматы разномастных блюд и напитков. Пахло свежеиспечённым хлебом, жаренным мясом и алкоголем.
— Ворах! — воскликнула Анна и помахала рукой.
Мужчина в белой рубашке с тёмной жилеткой, что сидел вдали от окон, за тем самым папоротником, поднял мрачный взгляд на гостей из Магистрата. Замер, поморгав. Опустил на стол вилку и нож. Вытер руки белым полотенцем.