— Четвёртая шеренга! Огонь!
Десять метров. Цель остановилась, пытаясь не упасть под напором шквального залпа.
Нахмуренные брови офицера сдвинулись ещё сильнее.
— Капитан?! — дрожит голос одного из солдат. — Капитан, в доспехах никого нет! — Он переходит на панический крик. — В доспехах никого нет! Они пустые, сэр!
В рассеивающемся дыму показывается тёмно-сапфировая сталь. Нагрудная пластина и чешуйки на животе смяты многочисленными попаданиями. Сквозь редкие отверстия проглядывается улица за спиной. Бордовое полуторное лезвие со скрежетом скользит по проезжей части, роняя алые капли. Ряды чёрных прорезей для глаз впиваются прямо в души солдат.
Передняя шеренга бросает ружья.
— Отставить! — кричит капитан вслед убегающим дезертирам. Враг приближается. Строй разбит. Некоторые бойцы следуют примеру беглецов. Мушкеты падают на посыпанную порохом дорогу. — Идём в штыковую!
Сабля рассекает воздух, командир отряда первым бросается в атаку. За ним устремляются те немногие храбрецы, что остались верны долгу.
6
Вот и он.
Анна зажгла в руках заклинания. Как и говорил Ориан — не пытаться сражаться с ним. Ничего хорошего из этого не выйдет. Надо его обездвижить. Объяснить, что его работа выполнена. Ведь это просто бездушный инструмент. Механизм, подобный тем, которые конструируют васслийские умельцы!
Полуторное лезвие выскальзывает из груди солдата. К стальным сапогам падает мушкет со сломанным штыком. Рядом с хрипом ложится и его владелец.
Только что тут гремел бой, но теперь всё закончилось. Весь отряд пал. Остался ли в этом городе хоть кто-то кроме Анны? Неужели она опоздала?
— Кай, — позвала она его. Услышала, что голос её слаб и лишён уверенности.
Рыцарь Бездны стряхнул кровь с клинка.
— Кай! — более строго и властно обратилась она к творению Великого Кузнеца. — Охотник!
Стальной доспех, покрытый странной, неприятной на вид, чёрной смолянистой субстанцией, развернулся. Это движение было ненормальным. В нём угадывались повадки паука или скорпиона, готовящегося напасть на добычу. Безумная целеустремлённость, что зияет в глазах каждого насекомого, смотрела на чародейку из ряда чёрных прорезей.
— Довольно! Ты выполнил свою задачу! Демон повержен! Отпусти его! — чародейка изо всех сил старалась избавить свою речь даже от намёков на страх.
— НУ ЗДРАВСТВУЙ, КРОЛИК! — вдруг заговорил доспех.
Анна чуть язык не прикусила от неожиданности. Быстро поморгала, пытаясь понять, точно ли это сейчас Рыцарь говорил с ней? Заклинания в руках заколебались, готовые развеется.
— Я ПОМНЮ! ЭТО МЯСНОЕ ЧУЧЕЛО ПЫТАЛОСЬ ЗАПОЛУЧИТЬ ТЕБЯ. ДА-А… ТЫ ХОТЬ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, ЧТО ОНО ХОТЕЛО С ТОБОЙ СДЕЛАТЬ, ОТДАВШИСЬ СВОИМ ПЕРВОЗДАННЫМ ИНСТИНКТАМ?
— Д-довольно… — робко протянула чародейка. — О-отпусти его!..
— НО НИЧЕГО. МЫ С ТОБОЙ ПОТОМ РАЗВЛЕЧЁМСЯ. НИКУДА НЕ УХОДИ.
С другого конца улицы раздался шум. Горстка выживших перебегала дорогу, намереваясь добраться до окраины города. С лязгом металла, Рыцарь Бездны направился за ними.
— Нет! — вскрикнула Анна.
Она не обнаружила по близости ничего, что на скорую руку можно было использовать в качестве оков. Поэтому пришлось сотворить их из побочных материалов.
Энергия в её руках засияла острым серебром. Вокруг поднялся вихрь, вздымающий пыль и крупицы земли с улицы.
Шею и руки Рыцаря скрутили каменистые кольца. Чуть подняли над землей так, чтобы лишить его ноги контакта с поверхностью.
— А теперь отпусти его! — строго велела чародейка.
— НАИВНЫЙ КРОЛИК, — насмешливо протянуло творение Пархара. — КАК ДУМАЕШЬ, ДОЛГО ТЫ СМОЖЕШЬ ТАК ДЕРЖАТЬСЯ?
Оковы сильнее впились в его шею. Сталь под ними заскрипела. По лбу Анны прокатилась капля пота.
— ДАЮ ПОДСКАЗКУ — Я НЕ ДЫШУ ВОЗДУХОМ.
Глава 25. Среди руин
1
Из дрогнувших уст чародейки вырвался короткий стон. Ноги подкашивались. Силы постепенно покидали её.
Доспехи продолжали висеть над землёй мертвым грузом. На дорогу падали вязкие чёрные капли.
«Не могу… больше».
Анна вскрикнула и оборвала заклинание. Путы рассыпались, Рыцарь Бездны освободился, а сама чародейка рухнула перед ним на колени.
В следующую секунду ворот её рубахи схватила стальная перчатка. Подняла девушку над землёй. К покрасневшим от усталости глазам приблизился ряд чёрных прорезей в шлеме.