— Услышал, — машинально повторил Кай.
— Отлично. — Она лукаво улыбнулась. — Потому что если это повторится, на дуэль тебя вызову уже я.
С этими словами Анна хищно сверкнула своими ледяными очами и, развернувшись, быстро зашагала обратно по коридору.
«Да я и не против…» — подумал юноша и опомнился, осознав, что стоит в проходе с глупой улыбкой, а на него смотрит весь зал, включая учителя.
4
Подобного спокойствия, умиротворения и чувства безопасности Кай ещё никогда не испытывал.
Казалось, что в этом зале остановилось само время.
Он сидел с краю, ближе к дальнему углу, а перед ним сидел учитель. Мастер Хасс со спокойствием векового дуба велел всем приступать, а новичку принялся тихим шёпотом рассказывать азы искусства медитации. От него Кай узнал, что этот навык один из самых необходимых для любого чародея. Впрочем, он так же мог пригодиться и человеку, идущему путём воина, учёного или творца. Прежде всего, говорил учитель, медитация — это погружение в абсолютную ментальную тишину. Во время медитации необходимо достигнуть состояния полного отстранения от своей мыслительной оболочки. Стать равнодушным и беспристрастным наблюдателем своего собственного «Я». Сперва необходимо научится правильно сидеть — не столько важна поза, сколько прямая спина. Благодаря этому дыхание будет глубоким и свободным. Трудностей здесь Кай не обнаружил. Ему было достаточно просто держать спину ровно сколь угодно много времени. Впрочем, следующий этап его озадачил.
— Теперь — дыхание, — молвил учитель, и голос его звучал подобно шелесту ветра на лугу. — Не пытайся сосредоточиться на глубине вдохов и выдохов. Не пытайся контролировать дыхание. Стань дыханием сам. Твоё сознание — это пламя. Это огненный вихрь чувств и мыслей. Но сейчас ты должен превратить сознание из вихря в огонёк свечи, что не колышет даже самое лёгкое дуновение ветра. Стань булыжником на берегу моря. Прилив — это твои мысли, сыпучий песок — твои чувства. Не пытайся заставить себя не думать, голыми руками невозможно удержать прилив. Не зажимай чувства — они будут сопротивляться и просачиваться сквозь пальцы. Позволь приливу и песку струиться вокруг, но сам оставайся немым и слепым к их волнениям. Пропускай их мимо, как камень позволяет воде обтекать себя.
Кай не понимал, как мысли могут быть связанны с приливом, а чувства с песком. Сидел и хмурился от напряжения, пытаясь одновременно не думать о дыхании и следить за тем, чтобы оно было ровным и глубоким. Представлял сознание пламенем свечи, а себя камнем. Даже вымучал шум прибоя, вспомнив летние деньки на берегу Большой Гальки. В итоге, когда он поделился всем этим с учителем, признав, что у него ничего не получается, тот спокойно кивнул, и они начал заново.
Под конец занятий Кай узнал, что главная цель медитаций — очищение разума от ненужных мыслей и эмоций. Ежедневные медитации облегчают мыслительный процесс, дисциплинируют и позволяют сосредоточиться на учебе, отбросив лишний ментальный груз. На первом уровне это упражнение почти никак не связанно с мастерством магии, однако в дальнейшем поможет освоить такие полезные техники, как арена разума и усиление поля Аркха.
Когда остальные ученики разошлись, учитель задержал его на секунду и дал список книг, которые должны помочь быстрее освоить первый уровень медитаций.
— Тебе придётся постараться, Кай, чтобы нагнать твоих соратников, — проговорил учитель. Кай, не моргая, ловил каждое его слово. — Пока ученик не освоит первый уровень, боюсь, что любая магия для него будет недоступна.
Из зала юноша уходил с чувством непривычного для него духовного подъёма. Ему казалось, что тот золотистый свет, лившийся из окон и сверкающий на полу солнечными зайчиками, стал частью него и теперь сиял где-то в глубине души и тела. Был ли это эффект от медитаций, или общение с этим необычным и загадочным человеком наполнили его бодростью? Или, быть может, сама атмосфера учёности и мудрости, так и струящаяся в стенах и колоннах, напитывающая воздух, передалась ему? Когда Кай вышел в коридор, не сразу понял, где он находится, и почему какая-то девушка настойчиво тянет его на какое-то другое занятие.
5
Кая ожидало настоящее испытание. Не то, чтобы предмет был очень сложным — на это ему было плевать. В отличие от преподавателя по медитации, мастер Олфрид, обучающий искусству под названием синэр, сразу его невзлюбил. Когда Нэри вслед за Анной вошёл в аудиторию, тот метнул ко нему взгляд, который, казалось, мог одним махом скосить целое поле созревшей ржи.